Криста была немного удивлена неожиданным поведением Рашты. Напротив неё сидела женщина с дьявольским обаянием, которая поднялась до положения императрицы после того, как смогла стать наложницей императора Совешу. Из-за этого о Раште много говорили даже в Западном королевстве. Все считали ее невероятно обаятельной роковой женщиной.
Но Кристе она казалась наивной деревенской девушкой. Более того, шокирующими казались признания императрицы Восточной империи о плохой интеграции в высшее общество и неопытности в вопросах этикета.
- Я хотела бы подружиться с Кристой за время моего пребывания здесь, - с ангельским взглядом попросила Рашта, и Криста рефлекторно кивнула. По правде говоря, когда ей сообщили о приглашении Рашты, Криста предположила, что та планирует использовать ее в противостоянии Навье. И теперь Кристе, естественно, казалось странным, что Рашта так много говорит о себе. Она подумала, что Рашта сейчас перейдет к делу. Однако Рашта не только ничего не упоминала о Навье, но и вела себя как дама, дебютирующая в высшем обществе. Кристе было приятно слушать ее разговоры на разные темы, потому что казалось, что императрица Восточной империи действительно не знакома с высшим обществом.
Как только Криста ослабила бдительность, Рашта переключилась на нужную ей тему:
- Надеюсь, вы не обидитесь на то, что Рашта сейчас скажет. Рашта не так много знает о знати, потому и хочет задать такой вопрос.
- ?
- Несмотря на то, что Навье была императрицей, она снова вступила в брак, и стала женой Его Величество Хейнли из Западного королевства.
- …
- А Криста не может снова выйти замуж?
Криста посмотрела на Рашту тяжелым взглядом.
Хотя фрейлины задавали Кристе этот вопрос, они спрашивали, потому что были обеспокоены. Кристу смущало, что Рашта, с которой она только что познакомилась, подняла тему повторного брака.
- Единственный случай брака по расчету, о котором знает Рашта, это брак Навье... Возможно, потому что это был брак по расчету, Навье не испытывала никаких чувств к Его Величеству. Именно поэтому она сразу же снова вышла замуж за Его Величество Хейнли.
Хотя Рашта и понимала, что Кристе неприятно говорить об этом, она продолжила:
- Если же это обычная картина в браках знати, то получается, что брак леди Кристы тоже был по расчету...
Однако Криста решительно прервала ее:
- Я не хочу говорить об этом.
- О, простите, - Рашта поспешно извинилась с удивленным видом. Однако мысленно она смеялась над твердым ответом Кристы. ‘Она, должно быть, влюблена’. Иначе она не стала бы такой серьезной.
- Давайте выпьем еще.
Сделав вид, что Рашта не обратила внимание на ответ Кристы, она предложила женщине еще напитка, смешанного с алкоголем. Напиток начал действовать, и со временем Криста все больше расслаблялась.
Когда Криста опьянела, Рашта спросила:
- Ваша ситуация совсем не похожа на повторный брак Навье, которая вышла замуж из-за интрижки. Вы потеряли мужа, но не можете вновь стать чьей-то супругой. Это так несправедливо, не правда ли?
Если бы Криста снова отказалась говорить на эту тему, Рашта заставила бы ее выпить еще. Но Криста горько улыбнулась, а Рашта мысленно возликовала. ‘Почти готово!’
Немного пороптав, Криста, наконец, приоткрыла свое сердце:
- Я могла бы выйти замуж за любого мужчину в мире, но не могу стать женой единственного человека, которого хочу.
- Почему?
- ... Наши чувства не взаимны.
Криста беспомощно улыбнулась, и глаза её были полны слов. Лучезарно улыбаясь, Рашта протянула платок.
Изначально Рашта намеревалась внушить Кристе, что ее выгнали из власти, чтобы как-то использовать эту женщину в своих интересах. Однако она обнаружила более интересную информацию, чем ожидала.
‘Значит, ей нравится Хейнли.’
***
За день до свадьбы....
Мы с Хейнли отправились в церемониальный зал, чтобы отрепетировать свадебную церемонию.
Хейнли планировал провозгласить себя императором, поэтому здесь собрались и его ближайшие помощники. Обсуждалось, какой момент будет наиболее подходящим для того, чтобы провозгласить его императором Запада. Хейнли должен будет сделать это в момент, когда к нему будет привлечено наибольшее внимание. Однако из-за различных мнений было трудно прийти к согласию, и дискуссия продолжалась дольше ожидаемого.
В конце концов, мы с Хейнли отошли в угол церемониального зала, чтобы сделать небольшой перерыв. Я воспользовалась этой возможностью, чтобы спросить его о том, что беспокоило меня со вчерашнего дня:
- О чем ты вчера говорил с Его Величеством Совешу?
Хейнли остановился, и попытался переплести свою руку с моей. Поскольку наши пальцы соприкоснулись, я сразу же почувствовала, как он вздрогнул. Осторожно глядя на Хейнли, я взяла его руку первой.
Совешу досаждал ему? О чем они говорили?
Затем Хейнли вздохнул и ворчливо произнес:
- Это несправедливо.
- ?
- Ты жестока.
Что?
- Держишь меня за руку и спрашиваешь с таким видом, не оставляя мне выбора, кроме как ответить на твой вопрос.
Когда я расхохоталась, Хейнли неохотно произнес:
- Я всего лишь подбирал правильные слова, чтобы заставить Его Величество Совешу выйти из себя.
На этих словах я перестала смеяться.
- Хейнли? Ты серьезно? - удивилась я.
Неужели Хейнли мог так себя вести? Но вскоре в моей голове промелькнули события особого новогоднего банкета. Хейнли... открыто подражал манере Рашты говорить перед Совешу, чтобы разозлить его. Значит, это было правдой. Он мог быть и таким. Я уже позабыла об этом, потому как с тех пор, как мы сблизились, он был очень нежным, а ведь в прошлом мне казалось, что характеры Хейнли и Рашты похожи. Он умел выводить людей из себя и при этом смеяться...
Я нахмурилась при мысли об этом.
Хейнли спросил, уставившись на меня:
- Ты злишься на Хейнли?
Я не могла не рассмеяться над тем, как он это произнес. Хейнли снова подражал манере речи Рашты, глядя на меня с широкой улыбкой.
- Не злись на Хейнли.
- Не надо подражать этой манере говорить.
Хотя, когда так говорил Хейнли, это звучало мило. Но именно такую манеру говорить я ненавидела больше всего.
Хейнли усмехнулся и прошептал, слегка склонив голову на мое плечо:
- Супруга, ты мне очень нравишься.
Он выглядел мило, и я потерлась своей головой о его голову. Однако как заметила, что его близкие помощники глазеют на нас, поспешно сделала серьезное лицо. Конечно, я снова подняла голову. Но Маккена уже хихикал.
Я быстро посмотрела на Хейнли суровым взглядом и произнесла то, что сказать было нужно:
- Хейнли. Ты не обязан ладить с Его Величеством Совешу, но ты не должен ссориться с императором такой же могущественной страны.
- !
- Лучше не создавать лишних проблем.
Атмосфера была хорошей, но все внезапно переменилось. Выражение лица Хейнли стало жестким. Мне было жаль видеть его таким, но я должна была это сказать.
- Ты мой муж, но вместе с тем ты обязан заботиться о Западном королевстве.
Хейнли не ответил.
Он намерен и дальше создавать проблемы?
- Хейнли.
Лишь когда я позвала его по имени, Хейнли поднял голову. Но то, что он тихо произнес, не было ответом на мои слова:
- Я должен тебе кое в чем признаться.
Он попытался сменить тему. Я нахмурилась и хотела вновь сказать ему, но…
- У меня нет опыта.
То, что произнес Хейнли, лишило меня дара речи. Что... он только что сказал?
Пока я была в шоке, Хейнли прошептал мне на ухо:
- Значит, ты должна будешь направлять меня в брачную ночь.
Мой разум словно опустел, хотя я и знала, что он намеренно сменил тему. Я не говорила об этом, но мысль все время витала в моей голове.
Что он имел в виду?
Он хотел, чтобы я направляла его. Он просит меня проявить инициативу?
Мне стало жарко, и я опустила взгляд. Если бы он только сделал вид, что не замечает… Однако Хейнли склонил голову так, что наши лбы соприкоснулись, посмотрел мне в глаза и рассмеялся.
- Жена, ты вся покраснела.
- ... Ты тоже.
- Мои учителя говорили мне...
- ?
- Мне нужно выучить что-то лишь один раз, чтобы овладеть этим.
- !
Хотя я старалась сохранять безразличное выражение лица, мои усилия были напрасны. В конце концов, я придумала отговорку, что мы уже достаточно отрепетировали, и покинула церемониальный зал, будто бы сбегая... но снаружи зала стоял Великий князь Капмен.
Я должна поприветствовать его... Нет.
Я не смогла бы спокойно разговаривать с Великим князем Капменом, представляя себе брачную ночь.
- !
К счастью, внимательно разглядев лицо Капмена, я поняла, что он очень мрачный. Похоже, не было особого желания разговаривать не только у меня.
