Глава 440 — Недостижимый голос (часть 3)

— Ты… — тело Тора задрожало в ужасе. Все шло не так. Он разрушался. Разрушался образ человека, стоящего перед ним. Нет, его сложно назвать человеком, это нечто в человеческой коже. Тор крепко сжал губы, а его лицо перекосило от ужаса. Он еще сильнее сжал руку, в которой держал Мьёльнир, а его тело окутали синие молнии. — Я Тор! — он высоко поднял Мьельнир. На небе появились темные тучи и засверкали синие молнии. Он грозно закричал: — Сын могущественного Одина и Бог грома! Земля затряслась и со всех сторон полилась мощная энергия. Кан У поднял меч Ингриум и улыбнулся. — А я — О Кан У, — он с издевкой смотрел на Тора. — Сын… а, погодите, я же сирота. Даже лицо родившей меня матери ни разу не видел, — Кан У поморщился. — Ну вот зачем ты издеваешься надо мной? — Что? — Теперь мне грустно от того, что у меня нет родителей! Тебе этого никогда не понять. И ты еще смеешь передо мной хвастаться своим отцом? Вот же отброс… — Кан У прикусил губу. Он пытался скрыть свои эмоции, но слова Тора задели его за живое. — Я не прощу тебя, — произнес Кан У, сжав меч и вперив свой взгляд в противника. — Вот же псих… — ошарашено произнес Тор. Кан У нельзя было охарактеризовать никаким иным словом. — Фух… — Тор перевел дыхание и поднял Мьёльнир. Кан У заулыбался так, что казалось, будто его рот сейчас разорвется. Он отпрыгнул и с силой оттолкнул собирающегося накинуться на него Тора. Кан У поднял Ингриум и ударил по Мьёльниру, из-за чего тот вылетел из рук Тора. По руке эхом разлетелась боль. — Хлюп! — Куры к! Из кольца силы появилась черная масса. Хлюп поднялся по его плечу и раскрыл рот. Внешне он выглядел настолько мило, что с трудом верилось, что эта пасть с острыми зубами действительно принадлежит ему. Изо рта Хлюпа полетели мечи, копья и молоты, что направились вТора. — Что?! — поднявшийся в небо Бог протянул вперед руку. Откинутый Ингриумом Мьёльнир снова оказался у него в руках. Тор замахнулся молотом и отразил атаку. Упавшие на землю оружия превратились в черную массу и перетекли в тело Хлюпа. — Неплохо для отвлечения внимания. Кан У довольно улыбнулся, смотря как десятки и сотен оружий возвращаются в тело Хлюпа. Он продолжал искать способы использования этой чёрной массы не только в качестве домашнего питомца, но и для других целей. Хлюп помотал головой из стороны в сторону. — Кхьек! Кхьёк! — черная жижа, издавая странные звуки, приобретала форму реального предмета. Тор увидел, что в него снова летит град из оружия и поморщился. Он сжал зубы и высоко поднял Мьельнир. — Гром! Небо заполонили темные тучи и засверкали молнии. Летевшие в Тора оружия превратились в черный пепел и разлетелись на ветру. Он не стал упускать шанс и уклонился. — А ты получше Зевса, — Кан У рассмеялся. Они обладали примерно одинаковым количеством сил, но по ощущениям Кан У больше нравилось то, как действует Тор. — Ну… Парень легко уклонился от Мьельнира, выполнил разворот и с ноги ударил по подбородку Тора. — Даже если ты и получше его… — Агрх! Как только его ударили подбородку, Тор отлетел назад. Кан У сделал вокруг него круг и протянул вперед левую руку. — Хаос Нити. Энергия Хаоса превратилась в нить и стала сетью, распространившись по земле, словно паутина. Вероятно, потому что она получала влияние Божественности, сеть горела золотистым светом. Тора, которого откинуло назад, накрыла золотистая сеть. — Агрх! Как только защищающее его тело электричество соприкоснулась с сетью Хаоса, начали происходить маленькие взрывы. Тор быстро постарался убрать с себя паутину, но пока он был этим занят, к нему подошел Кан У и замахнулся мечом. — А-а-а! — застонал Тор, когда меч прошел сквозь его плечо. Он прикусил губу и поднял Мьёльнир. Тор ударил Кан У и тот отлетел назад. Бог грома широко расставил обе руки и закричал. В его глазах засверкали молнии, а в руках образовался электрический заряд. Его взгляд сиял как никогда ярко. Заряд стал высокой волной и начал опускаться в сторону Кан У. — Вау! — увидев это, глаза Кан У засверкали. В отличие от того, что он видел при битве с Зевсом, Кан У приходилось прикладывать силы, а по спине пробегало тянущее чувство. «Да-а-а… — он улыбнулся и, высунув язык, облизнул губы. — Вот так». Сердце быстро билось. Чувство голода и желание сжигали его тело. Он обнажил зубы и посмотрел на Тора как голодный хищник на свою добычу. — Я, Бог грома Тор, приказываю! Он с разбегу оттолкнулся от земли и поднял в воздух Мьёльнир. Черные тучи покрыли все небо Сеула, и его тело окутали синие молнии. — Принеси бурю! Из черных облаков в землю начали бить молнии и пошел сильный дождь. Раздался настолько сильный грохот, что, казалось, небо вот-вот рухнет. — Ха-ха! — усмехнулся Кан У, подняв голову к небу. Стоял такой грохот, что от него можно и оглохнуть. После такого явно останутся серьезные последствия. Гром пробил защиту из Божественности и ударил в тело Кан У, разлетевшись по всем его частям страшной болью. «Мало. Этого недостаточно. Мне нужно ещё». Жажда сушила горло. Голод пожирал желудок изнутри. Кан У внезапно вспомнил битву с Тэ Му Гыком. «Ещё, еще, еще…» Он снова испытывал те же чувства, те же эмоции, что и тогда. Кан У с нескрываемой радостью посмотрел на Тора. Тот высоко занес молот и замахнулся, но его дыхание начало сбиваться. «Ну же, продержись еще немного», — с жалостью посмотрел парень на него. Если он продержится, то Кан У сможет испытать все те же самые чувства, что и тогда. Сотни, тысячи молний падали с небес. Защита Божественности разрушалась. Кан У создал щит, применив Силу Стального Занавеса, но молнии пробили и его, продолжив спускаться вниз. Кожа начала темнеть и пошел дым, а его взгляд помутнел. — Ох… — Тор тяжело задышал. Он вложил в свою атаку всю Божественность. Пред глазами все поплыло. В ногах пропали силы, а тело задрожало. Он опустил взгляд на черную массу, в которую превратился Бог Великолепия. «Черт», — он обеспокоено прикусил губу. — Теперь просто разговором не обойдется… Он убил подопечного Геи. Того подопечного, к которому она относилась как к родному сыну, и теперь войны между Асгардом и Олимпом точно не избежать. Рагнарёк стал еще на шаг ближе. — Фух… — тяжело вздохнул он. — Как же так вышло? Он помотал головой и развернулся, как вдруг послышался голос: — Ты куда собрался? — Что?.. — Тор с ужасом развернулся. Там находилось то, что осталось от Бога Великолепия. — Я же сказал, что тебе нужно продержаться еще немного, — в его тоне звучало сожаление и разочарование. — Аты не справился. Он заметил, как Бог Великолепия начал шевелиться. — Интересно, а что насчет Одина? Чего от него можно ожидать? В его улыбке читалось безумие и предвкушение. Он ухмылялся как серийный маньяк перед очередным убийством. По телу Тора пробежал разряд и его окутал ужас. — Ты… — Бог грома раскрыл глаза и не смог договорить. На интуитивном уровне он понимал, что за существо перед ним находится. — Ты… кто? Это точно не мог быть Бог Великолепия. — Что с тобой? — спросил Кан У, игриво улыбнулся и продолжил: — Нельзя сомневаться в Свете. Из черной массы начал появляться черно-золотистый огонь. *** В огромном дворце сидел пожилой мужчина. На лице его была редкая белая щетина, а на одном глазу черная повязка. Левый глаз голубого цвета был направлен на женщину, склонившую перед ним голову. — От Тора нет вестей? — П-пока что нет, господин Один. Один. Величайший правитель Асгарда, способный дать отпор сильнейшим богам Олимпа. Одно время он сражался с дьявольским властителем, и его тело было преисполнено силой, разливающейся вокруг. Склонившая перед ним голову женщина дрожала. В этот момент дверь дворца распахнулась, и внутрь вбежал молодой человек с бледным лицом. Один спокойно перевел на него взгляд. — Что произошло, Хеймдалль? — Г-господин Один… Парень, дрожа всем телом, подошел к Одину. Он закрыл глаза и протянул ему квадратную коробку. — Что это?.. — Господин, Тор… он… — Хеймдалль не мог связать и двух слов. Один поднял брови, а по его спине пробежал холодок. Он забрал коробку у Хеймдалля и открыл ее дрожащими руками. — А-а-а… — тихо застонал он, а его левый глаз широко распахнулся. — Тор, Тор… Внутри квадратной коробки лежала отрубленная голова его сына с застывшим ужасом на лице. — Мой сын… Прямо на его лбу была надпись: «Кажется, ты собирался запудрить мне мозги через моего подопечного. Ты нарушил мою волю, Один, и теперь тебя ждёт только смерть». Один крепко сжал кулаки и весь дворец затрясся. — Гея… — выдавил он сквозь зубы. В его единственном глазе разгорелось пламя ненависти. — Ге-е-ея! — завопил он.