Пока мы ехали по пространственному коридору, ни Хан Союнг, ни Ю Сангах почти ничего не говорили. Однако, благодаря этому, я смог упорядочить свои мысли, глядя в окно, – о том, что мне нужно сделать в будущем и о том, что я хотел бы сделать.
Сидевшая рядом со мной Уриэль, наконец, перестала что-то бормотать с серьезным лицом и погрузилась в сон, сопровождающийся внушительным храпом. Тем временем Скрытный Интриган, тоже без сознания, прислонился к ней.
Было как-то странно видеть двух самых старых зрителей моего канала, которые так беззащитно спали.
Хан Союнг, наблюдавшая за мной через зеркало заднего вида, внезапно заговорила.
— Чему ты так ухмыляешься? Ты должен быть готов дать нам надлежащее объяснение, как только мы вернемся.
Объяснение, да? Конечно, было совершенно ясно, что я должен им объяснить.
— У тебя есть только один шанс.
Яркая улыбка Ю Сангах показалась мне довольно пугающей.
— Мы прибыли.
Вскоре после этого "Ферраргини" остановился.
Мы вернулись в Сеул.
*
Вскоре я уже сидел перед своими товарищами.
Лица, по которым я так скучал, лица, которые хотел увидеть, собрались в одном месте. «Компания Ким Докчи», включая Ли Гильюнга, Шин Юсунг, Джун Хивон и Ли Джие, которые преодолели сценарии вместе со мной. А также Ли Сольхва и Гон Пильду, которые защищали Сеул, пока меня здесь не было. Наконец, в гостиной чуть поодаль, я увидел свою маму и странников.
Я изучил лица всех своих товарищей и опустил голову на 90 градусов, прежде чем открыть рот.
— Мне жаль.
— По поводу чего?
— Все, что я сделал… Мне действительно жаль.
— Хм-м… Ну, конечно.
…Что это? Разве они не злились на меня?
Я не был уверен, что здесь происходит, но подумал, что это к лучшему. В конце концов, мне нужно было многое объяснить.
— Я бы хотел объяснить вам несколько вещей, начиная с…
— Прежде всего, скажи нам, чей это ребенок?
Гон Пильду первым задал этот вопрос. Я проследил за его взглядом и увидел Скрытного Интригана, парящего в прозрачной сфере рядом со мной.
[В настоящее время История этого человека нестабильна.]
Видя, что он все еще не пришел в сознание, казалось, что после того, как он израсходовал слишком много Вероятности, возникла серьезная проблема. Это означало, что он не мог сам прояснить ситуацию.
Тем временем гнев начал наполнять глаза Гон Пильду, когда я не ответил.
— Ты сказал, что избавишься от сценариев, поэтому хотел, чтобы я защитил Сеул для тебя, но вместо этого ты осмеливаешься показаться здесь со своим ребенком?!
В этом голосе чувствовалось горе человека, который всю свою жизнь был "гиреоги отцом".
— Вижу, что ты неправильно понял, это…
— Чей он? – Гон Пильду посмотрел на Ю Сангах с некоторым страхом в глазах. — …Может ли это быть? – он встретил ее улыбающийся взгляд и покачал головой. — …Верно, не может быть. Значит, это с ней?
— Ты хочешь умереть?!
Хан Союнг гневно зарычала, заставив его сильно вздрогнуть.
Я не упустил такой шанс и быстро вскочил.
— Прости, но не слишком ли это, думать, что он чей-то ребенок? Кроме того, в каком месте он похож на новорожденного?
— Ребенок Хана Мьюнго выросла в мгновение ока, не так ли?
Эти слова заставили Хана Мьюнго побледнеть.
— Мне от этого как-то не по себе…
— Что меня раздражает больше всего, так это лицо ребенка. Оно точно такое же, как у этого придурка.
Говоря это, Гон Пильду перевел взгляд в угол гостиной.
Туда, где сидел скрестивший ноги Ю Джунхек, сверкающий глазами в нашу сторону, пока все его тело было туго обмотано бинтами. Его фирменный пугающий взгляд был прикован ко мне.
— Ким Докча, что все это значит?
Я мог только тяжело вздохнуть.
— Вполне естественно, что он выглядит точно так же, как тот "придурок". Потому что, видишь ли, этот парень и есть тот самый придурок.
В гостиной мгновенно воцарилась тишина. Гон Пильду смотрел на меня, его глаза спрашивали, какую чушь я несу на этот раз.
Казалось, мой рассказ будет немного длиннее, чем планировалось изначально.
— В этом мире есть несколько "Ю Джунхеков"… Думаю, мне стоит начать свое объяснение отсюда.
*
Я начал свое подробное объяснение с конца "Великой Войны Святых и Демонов".
С того момента, как я призвал Внешнего Бога, уничтожившего Демонический Мир, "Безымянный Туман", чтобы остановить Дракона Апокалипсиса (Гон Пильду: «— Ты что, черт возьми, спятил?»).
А потом столкновение со Скрытным Интриганом, который похитил меня. (Ли Сольхва: «— О боже мой!»)
Затем выяснение, что Интриган был не кем иным, как "Ю Джунхеком", пережившим 1863 регрессии. (Чан Хаен: «— …О чем, черт возьми, ты говоришь?»)
Заключение с ним контракта, который также содержал "Договор Потустороннего Мира" (Шин Юсунг: «— …Я знала, что что-то подобное произойдет, аджосси.»)
Вступление в Гигантскую Историю «Путешествие на Запад» без уведомления об этом моих товарищей. (Ли Джие: «— Аджосси, ты определенно не создан для того, чтобы быть актером.»)
Битва между двумя Ю Джунхеками, одним из 1863-й регрессии, а другим – из 999-й регрессии (Джун Хивон: «— Сколько же там Ю Джунхеков???»)
Ю Джунхек из этой мировой линии, который думал, что он находится в 3-й регрессии, но понял, что на самом деле это 1864-я. (Хан Мьюнго: «— Может быть, ты сам не можешь этого объяснить и просто придумываешь всякую ерунду?»)
Едва сумев с помощью моих товарищей завершить «Путешествие на Запад», но затем будучи снова похищенным Скрытным Интриганом. (Ю Сангах, беззвучно вздохнула.)
И, наконец, столкновение в том месте с Уриэль 999-й регрессии, которая сама стала Внешним Богом.
Когда я зашел так далеко, то сам начал задаваться вопросом, о чем, черт возьми, я говорю. Подняв голову, я обнаружил, что у моих товарищей примерно такие же выражения лиц.
Первым отреагировал Хан Мьюнго
— Хм, хм. Так вот что произошло. Мне кажется, я все понял.
…Но это же ведь просто невозможно?
Теперь все смотрели на него. Тогда Хан Мьюнго добавил.
— Мне кажется, тебе действительно нравится умирать или быть похищенным.
— …Простите, я думаю, что не только я не понимаю, верно? О чем, черт возьми, ты здесь говоришь? Там бегают три моих Мастера? И что еще за 1864-й регресс и все такое…
Возможно, это было естественно, что они не понимали.
С самого начала осложнения вызывал тот факт, что 1864-й регресс разделился на двоих.
Ю Джунхек, переживший оригинальную 1864 регрессию, стал Скрытным Интриганом. Тем временем Ю Джунхек, переживший измененную 1864 регрессию, снова регрессировал и стал тем "придурком", которого мы все знали.
Поскольку я читал "Пути Выживания", то прекрасно понимал это, но вполне естественно, что мои товарищи сочли все это довольно запутанным.
Джун Хивон, помассировав голову, спросила меня.
— Ладно, так что ты хочешь этим сказать? Наш Джунхек-сси – 3-й регрессии или 1864-й?
Это побудило Ю Джунхека, сидевшего на краю кровати, кратко ответить.
— Я не знаю.
— А?
— Я не могу вспомнить.
Я активировал «Список Персонажей» и проверил информацию Ю Джунхека.
+
«Краткая Сводка Персонажа»
Персонаж: Ю Джунхек
Эксклюзивный Атрибут: Регрессор (3-й регресс) (мифический)…
+
Удивительно, но его атрибут вернулся к "3-му регрессу".
— Мои воспоминания вернулись только в то время, когда я ненадолго позаимствовал Историю Ким Докчи. Это было похоже на просмотр чужой истории.
…Я и понятия не имел, что это было так.
Ю Джунхек продолжил.
— Вот, что я думаю. Изначально это 3 регресс, и я определенно Ю Джунхек 3-й регрессии. За исключением того, что в определенный момент мировой линии воспоминания о том времени, когда я жил в 1864-й регрессии, временно скрыли мои собственные.
Ли Сольхва, до этого только слушавшая, присоединилась к разговору.
— …Но это не имеет никакого смысла. Ты говоришь, что 3-й регресс повлиял на 1863-й, а 1863-й, в свою очередь, повлиял на 3-й… Это логически невозможно.
— Логически - нет. – В конце концов вмешалась и Хан Союнг. — Это может быть действительно только в форме письменных слов. Я хочу сказать, что такое возможно только потому, что этот мир изначально был "романом".
Затем она перевела взгляд на Скрытного Интригана, окруженного прозрачной сферой.
— Это то же самое, что и "квадратный круг" или "треугольник с суммой внутренних углов, равной 720°".
Ли Сольхва наклонила голову и спросила ее.
— Но ведь что-то подобное не может существовать, верно?
— Правильнее было бы сказать, что ты просто не можешь себе этого представить. Однако как тексты, как абзацы они, безусловно, могут существовать. То, что происходит сейчас, именно так и есть. Для нас это может быть временным парадоксом, но как тексты романа, это вполне возможно. Я имею в виду, ты можешь просто сказать: это так, так что смирись с этим. Суть не в том, чтобы понять это, а в том, чтобы принять. Итак, давайте посмотрим на это проще. В настоящее время мы застряли в дерьмовом романе. Поскольку оригинал был дерьмом, это и есть конечный результат.
Я хотел сказать что-то в качестве опровержения, но, поскольку она говорила правду, я ничего не смог придумать.
— Если бы я была автором этого романа, я бы прекратила заниматься искажением мировых линий после одного или двух раз. Серьезно, читатели не любят такие сложные истории, понимаете? Даже Созвездия, вероятно, не могут понять, что здесь происходит.
[Созвездие "Черный Огненный Дракон Бездны" говорит, что его Воплощение действительно очень сообразительное.]
— Мир с нарушенной Вероятностью рухнет сам по себе. Я знаю немало историй, которые закончились подобным образом. Миры, от которых отказались даже их авторы.
Хан Союнг сама была автором, поэтому могла говорить такие слова. Возможно, она отказалась от таких миров в прошлом и жалеет об этом до сих пор.
Когда я подумал об этом, мне показалось, что что-то не так.
Мир, созданный автором "Путей Выживания" – tls123, стал реальностью.
[[В таком случае, какое заключение вы бы хотели видеть, Докча-ним? Какое заключение было бы счастливым концом для главного героя?]]
Может быть, автор не смог закончить свою историю и оставил его на наше усмотрение?
Джун Хивон почесала щеку и спросила.
— Хорошо, и каков же твой вывод, Хан Союнг?
— Мы должны бороться с теми ублюдками, которые запихнули нас в этот дурацкий мир. Будь то автор, Внешние Боги или даже Доккэби.
— Значит, так же, как и всегда.
— Неважно, что было в оригинале, можете бросить это дерьмо собакам, мне все равно. В любом случае, мы должны увидеть наше собственное "Заключение". Мы просто не можем вечно торчать в этой чертовой дыре.
Она была права. Права во всем.
Был ли это Король Внешних Богов или «Бюро», это не имело значения.
[Каждая звезда в Туманности «Компания Ким Докчи» излучает свет.]
Независимо от того, кто был нашим врагом, у нас все еще был только один выбор. Мы сражаемся, побеждаем и находим ответы на свои вопросы по-своему.
— Докча-сси?
Прежде чем я осознал это, мои товарищи посмотрели на меня. Казалось, они ждали, что я скажу что-нибудь.
Их выражения лиц спрашивали меня о том, что нам нужно делать дальше и к чему готовиться. Конечно, я тоже думал об этом.
Однако мне было не так-то легко произнести первые слова.
Возможно, это было потому, что я нервничал, зная, что конец уже не за горами. Это был страх, что, хотя мы и зашли так далеко, преодолев такие трудности, одно мое неверное суждение, и все может пойти прахом. Кроме того, было тяжело осознавать, что теперь я должен идти по пути, которого не было в "оригинальном романе".
Мои губы несколько раз дернулись вверх-вниз, и, в конце концов, мне удалось выдавить из себя слово.
— Итак…
— На сегодня достаточно, – Ю Сангах вмешалась, чтобы остановить меня. — Давайте сегодня отдохнем, а завтра продолжим. Все мы, во всяком случае, только что вернулись с тяжелого сценария.
*
В ту ночь я не спал и строил планы.
Я чуть было не поддался соблазну прочесть финальную редакцию "Путей Выживания", но, в конце концов, не стал этого делать. Я не знал, почему бы и нет, но опять же, у меня было такое предчувствие.
Это внутреннее чувство, что в тот момент, когда я прочитаю роман, я не смогу вырваться из его оков.
— …
Я погрузился в сон, настолько глубокий, что даже не мог вспомнить, когда поддался ему. Последние обрывки воспоминаний были размыты. Возможно, я задремал, читая книгу, и, кажется, выпил чашку теплого чая, который принес Ли Гильюнг. Во любом случае, это был довольно сладкий сон.
И, также казалось, что мне приснился счастливый сон.
Сон был о моем разговоре с Ю Сангах, который состоялся некоторое время назад. Находясь в мире, где все сценарии подошли к концу, мои товарищи были заняты разговорами о своей повседневной жизни. Все было чень мирно. На самом деле, это было настолько мирно, что для меня это не было настоящим "миром". А когда я увидел яркие улыбки на лицах Шин Юсунг и Ли Гильюнга, то каким-то таинственным образом понял правду.
«Это сон, не так ли.»
Я сильно прикусил губу, и, словно разразилось землетрясение, вид моего сна покачнулся. Все еще находясь в тумане сознания, я медленно открыл глаза и попытался сесть.
…Что это?
Мое тело не хотело двигаться.
Кроме того, слабое землетрясение, которое я ощущал во сне, тоже продолжалось.
Мне удалось заставить себя открыть глаза, и окружающее пространство открылось в непроглядной темноте. Меня встретило ощущение плюшевой кожи, окутывающей мою спину и голову.
— Эй, Ким Докча пытается проснуться.
— Усыпи его снова.
Я почувствовал, как кто-то ударил меня по голове, и мое сознание снова затуманилось. И когда я почти отключился, то услышал озорной голос, говорящий со мной.
— Это восстание рабочих, ты, придурок.
И когда я снова открыл глаза…
Я был внутри незнакомого горного склона.
Обновлено: 12.01.2026