Том 12 Глава 4 — До сегодняшнего дня тот ключ ещё не упоминали
Глава 4 - До сегодняшнего дня тот ключ ещё не упоминал
В феврале природа ещё спит.
Несмотря на чувство, что весна приближается, часто возвращаются холода. А время года сменяется лишь в календаре. Голым веткам деревьев ещё понадобится время, чтобы одеться в листву. Даже бульвар, протянувшийся вдоль прибрежного парка, выглядит неизменно тоскливо.
Я ехал в школу на велосипеде своим привычным маршрутом. С моря дул резкий ветер, который ещё изрядно попахивал зимой.
То ли из-за длинных выходных, то ли из-за последовавшей за ними благодарности Комачи, поначалу чувствовал себя я довольно вяло. Но удары холодного ветра в лицо быстро заставили меня взбодриться. Продолжавшиеся последние три дня вступительные экзамены закончились, и снова пришло ощущение повседневной жизни.
Надо полагать, моё тело просто адаптировалось. Я почти два года езжу здесь и теперь даже не задумываюсь, где надо повернуть, а где остановиться на светофоре.
По этой дороге мне ездить ещё целый год. Быть может, к его исходу я смогу добраться до школы даже с закрытыми глазами. Нет, если быть точным, мне предстоит ездить в школу всего один год. Может, конечно, проехаться по этой дороге мне доведётся и после того, но только ещё год я смогу называть её дорогой в школу. От этой мысли меня окутала ностальгия.
Такие временные ограничения существуют везде и всегда. Каждое утро солнце восходит, каждый вечер садится. Но для особого события вроде первого восхода солнца в году подобное постоянство обесценило бы весь его смысл.
Наверно, что-то подобное можно сказать и про родственные отношения. Мы с Комачи родственники, и это не изменится никогда. Но мы осознали, что больше не дети, и наши отношения немного изменились.
Да, наши отношения стали чуть более взрослыми. Хотя мы прекрасно понимаем, что за эти полтора десятка лет ничего в них радикально не изменилось.
Раз уж Комачи и я принадлежим одной семье, думаю, наилучшим выходом будет с этим смириться. Похоже, благая карма Комачи исчерпана. Значит, ей ничего не остаётся кроме как сдаться и сопровождать меня на протяжении всей оставшейся жизни. И вместе с братиком спуститься в ад.
Но долго ли смогут оставаться со мной люди, которым это не нравится?
Об этом я и размышлял, когда наконец добрался до ворот школы. Плавно притормозил. Проскользнул между другими ребятами и велосипедами. И пристроил своего железного коня на парковку.
Щёлкнул замок. Я огляделся и заметил, что пустых мест вокруг больше, чем обычно. Интересно, почему?
После выходных все выглядели оживлённее обычного. И весело болтали, их голоса слышались чётче, чем всегда.
Кстати, вот и ответ. Ученики третьего года обучения сейчас сдают выпускные экзамены, они сами решают, надо им приходить в школу или нет. Большинство не приходят. Отсюда и пустые места на парковке, и тишина в классах по пути к лестнице. Потому и отдалённые голоса так хорошо слышны.
Такая атмосфера холода и тишины невольно вызывает беспокойство, заставляет всех активнее болтать. Не могу не ощутить звучащее в этой болтовне одиночество.
Подходя к своему классу, я снова услышал возбуждённые голоса. Я бы даже сказал, чертовски шумные. Меня не волнует, как вы провели выходные, так что лучше бы вам заткнуться. И нечего совать всем и каждому под нос свои фотографии. Вы ведь всё равно их уже в соцсети загрузили. А ваши друзья их посмотрели и даже лайкнули. И сразу забыли об этом. Так вот оно что, вы их специально показываете. Боже, какая подготовка. Настоящая атака вторым темпом!
Обходя инстаграммовцев, я услышал сзади лёгкие шаги. Посторонился, давая дорогу, и вдруг получил хлопок по плечу.
— Доброе утро, Хачиман!
Оглянувшись, я увидел человека, куда более достойного Инстаграмма, чем любой другой. Сайка Тоцука в ветровке поверх школьной формы.
— У-угу… Доброе утро… —с трудом выдавил я.
Тоцука игриво улыбнулся, словно радуясь удавшейся шалости. И тихо спросил, не удивился ли я. Мне оставалось только кивать, пока способность дышать наконец не вернулась. Боже, настоящее поддразнивание Тоцуки [1]!
Нет, ясен пень, я просто не мог не удивиться. Удивиться мощи его девичьей силы, когда он смеётся, прикрывая рот рукавом. К чему постить дурацкие фотки пирожных из Дайканьямы или Накамегуро [2]? Вот, девчонки, учитесь, это и называется «девичья сила». Проиграйте с достоинством. А я пока буду ставить лайки в своём сердце.
Постепенно мне удалось успокоиться, перевести дух и взглянуть на Тоцуку нормальным взглядом. Его довольно длинные тонкие белые и блестящие волосы были чуть взъерошены. Он непринуждённым движение поправил на плече чехол с ракеткой и бодро улыбнулся. На его щеках играл румянец. Да, судя по всему, он только что с утренней тренировки.
Мне кажется, или я в самом деле чувствую лёгкий цитрусовый аромат дезодоранта? Если да, надо немедленно вдохнуть его изо всех сил, наполнить им грудь и позволить крови разнести по всему телу. Как и полагается джентльмену с хорошими манерами.
— Гляжу, ты хорошо потренировался, — заговорил я, сделав глубокий вдох. — В такой-то холод, просто потрясающе.
— Угу. Да я уже привык.
Тоцука широко улыбнулся, по-прежнему глядя на меня. Уверенности в его улыбке было куда больше, чем скромности.
— Скоро придут новички. Надо больше тренироваться, чтобы показать им клуб с лучшей стороны.
Он сжал перед грудью кулаки, словно давал себе клятву сделать всё возможное и невозможное. Такое проявление боевого духа смотрелось обаятельно, очаровательно, мило, надёжно… Да тут подойдёт практический любой эпитет, описывающий что-то хорошее. Я мог лишь восхищённо смотреть на него сквозь навернувшиеся на глаза слёзы, не в силах облечь свои чувства в слова. Да и к чему тут слова?..
Тоцука качнул головой и посмотрел прямо на меня:
— А вы как собираетесь новичков привлекать?
— А?— изумлённо переспросил я, по-прежнему оцепенело глазея на него.
Тоцука, видимо, подумал, что неправильно подобрал слова, и замахал руками:
— Ну, клуб Помощников — это же нормальный клуб. У вас не будет проблем, если новички в него не вступят?
Насчёт нормальности можно поспорить. Но… Я задумчиво наклонил голову:
— Да кто ж его знает… Я же там всего лишь подчинённый. Понятия не имею, как с этим всё обстоит. Меня, к примеру, в клуб загнали угрозами и насилием.
— Ха-ха-ха, понятно…
— Вот почему я думаю, что никаких новичков не будет.
Тоцука опустил глаза:
— Ясно… Что ж, немного печально.
Без новичков клуб Помощников канет в Лету. Очевидный факт, который я ещё раз осознал. Я опередил Тоцуку на шаг, чтобы не было видно моего лица, и устало вздохнул:
— Да я тоже не в восторге… Мне хотелось бы побыть семпаем и сказать кохаю что-нибудь типа: «Ты не единственный, кто сталкивается с проблемами, все через это прошли». Или: «Если сдашься сейчас, уже никогда ничего не добьёшься».
— К-какой жуткий семпай…
Я спиной ощутил немного напряжённую улыбку Тоцуки.
— Ой, я не то имел в виду! Я просто подумал, что клуб Помощников — замечательный клуб, хорошо бы он не распался…
Он догнал меня и посмотрел с некоторым беспокойством.
— …Разве это не президент клуба с куратором решают? У меня тут и права голоса-то нет.
И это чистая правда. Тоцука хихикнул:
— Ты прямо как офисный служащий говоришь.
Удивительно, но тут он попал в точку.
Моя позиция была и остаётся неизменной. С просьбами или запросами у нас появляется работа, а с ней приходят и проблемы, которые я стараюсь решать по мере сил. Я всегда говорил об этом: «Это всего лишь моя работа».
И потому мои следующие слова прозвучали с оттенком мазохизма:
— Вот именно. Когда приходит работа, всё становится труднее и говённее. Я вообще не хочу работать.
Мы дружно хмыкнули, заходя в класс, махнули друг другу и разошлись по своим местам.
Здесь было куда теплее, чем в коридоре — работал обогреватель. И потому атмосфера ощущалась более расслабленной. Меня бодрил холодный воздух из двери рядом с моей партой, но многие явно пригрелись. Саки Кавасаки, сидящая впереди у окна, к примеру, пристроила подбородок на руки и, кажется, задремала.
С другой стороны, компания у окна сзади пребывала в своём обычном бодром настроении. В центре внимания был Тобе, болтающий обо всём подряд. Наверно, из-за недавнего нашего мастер-класса по приготовлению шоколада, который закончился довольно удачно.
Даже интересно, изменилось ли теперь что-то в их отношениях. Миура желаемого не добилась, но всё же немного сократила дистанцию. У Эбины тоже есть некоторый прогресс, а Тобе… да бог с ним. Пусть себе веселится, это же всего лишь Тобе.
Что же до того, кто сказал, что всё прошло хорошо… Юигахама заметила, что я смотрю на них, чуть приоткрыла рот и слегка махнула рукой. Ну вот зачем, мне же неловко… Но игнорировать её не стоило, и я кивнул в ответ.
Остальные увидели, куда смотрит Юигахама, и тоже заметили меня. Миура глянула мельком и снова уткнулась в экран смартфона, покручивая свои локоны. Эбина протянула что-то вроде «о-о». Тобе с остальными обошлись небрежными «угу», «йо», и «прив». Вполне в их стиле.
Хаяма поприветствовал меня улыбкой и движением глаз. Я в ответ буркнул «йо» и поспешно уселся на место. Прилёг на парту и закрыл глаза.
А ведь странно как-то получается.
Полноценным общением такое не назовёшь, но мы уже достаточно знакомы, чтобы приветствовать друг друга при встрече.
Спросите, когда всё это началось? Ответ прост — когда я начал смотреть в их сторону.
Когда я только поступил в школу, я, конечно, знал и Хаяму, и остальных, но скорее как детали интерьера. Однако я знал их имена, знал, в каких клубах они состоят, знал в лицо.
Хотя я бы не сказал, что знал их… Впрочем, я и сейчас не возьмусь утверждать, что знаю.
То ли от подобных мыслей, то ли от приветствий, к которым я не привык, мне вдруг стало очень неуютно сидеть в классе. И я поспешно вскочил со стула.
В такие моменты я всегда сваливаю в туалет. Пусть убегать и постыдно, зато полезно. В своё время один знаменитый комедийный дуэт попал в ДТП. Так они использовали все свои таланты, чтоб сбежать с места происшествия, а потом ещё сделали из этого комедийное шоу.
С туалетом я разобрался быстро. Подумал, что неплохо бы теперь попить себе купить и направил стопы к торговому автомату. Время от времени мимо пробегали другие ученики, стараясь успеть до начала урока. Хотя сейчас тут уже было заметно спокойнее.
И потому я сразу услышал звуки шагов за спиной. Не вплотную, но близко. Шаги следовали за мной. Когда я остановился у автомата, шаги тоже замерли.
Забрав свой MAX Coffee из лотка, я поспешно отступил в сторону. Человек за спиной шагнул к автомату и нажал кнопку, заказав чёрный кофе.
— Я уже слышал.
Он заговорил, наклоняясь за своим кофе и не поворачиваясь ко мне. Словно будучи твёрдо уверен, что я никуда не денусь.
Раньше я бы занервничал и ответил резко, но сейчас всё иначе. Потому что Хаято Хаяма не тот человек, который просто так будет на кого-то наезжать.
Кроме того, я понимаю, что он пришёл, чтобы мне что-то сказать. И потому я совсем не раздражён. Впрочем, вру: раздражён, да ещё как!
Нет, правда, что у него за манера?.. Будто проверяет меня. Говорит совсем как я…
Хотя бывают случаи, когда люди заражаются чужими манерами при общении. Возможно, причина в том, что мы уже какое-то время знакомы. Получается, он ведёт себя совершенно естественно.
— Похоже, тебе было тяжеловато. Сейчас полегче?
Он наконец посмотрел на меня, перекидывая горячую банку из руки в руку. С видом «я всё знаю». Знаешь, Райден [3]?..
— А? Ты про что? — качнул я головой. — Про мою младшую сестру и её вступительные экзамены?
— Нет, — вздохнул он, пожимая плечами. — Это, конечно, тоже на тебя давило, но… Впрочем, да. Не мог бы ты поздравить её от моего имени?
— Да что с тобой? Почему я должен ей такое передавать? Впрочем, я рад, что ты беспокоишься. Спасибо, — ответил я мрачным взглядом на широкую улыбку Хаямы. Тот удивлённо заморгал:
— Никак не ожидал услышать от тебя «спасибо».
Банка пшикнула, открываясь. Хаяма поднёс свой кофе к губам, отхлебнул и горько усмехнулся. Нет, а что такое? Я тоже умею говорить «спасибо». Хотя я и сам себе сейчас удивился…
Видя мою искренность, Хаяма предпочёл вернуться к прежней теме:
— Я не про твою сестру говорю. Я про её младшую сестру.
Её? Кого? Ты про Кейку, что ли? Ну да, это маленькая девочка и правда порой пугает… Но посерьёзневшее лицо Хаямы говорило, что он не расположен валять дурака.
Мы уже более-менее научились понимать друг друга.
Точнее, мы предположили, что понимаем друг друга. Разочаровались, сдались и приняли нынешнее положение вещей. И теперь лишь навязываем друг другу свои эгоистические сентименты.
Слова, что мы говорили друг другу, никогда не принимали форму вопроса. И всегда были не по делу. Нет способа убедиться, что твои слова кого-то достигли, но мы всё равно не могли молчать.
Мы понимали, что наши позиции диаметрально противоположны, но игнорировали это, чтобы раздражать друг друга. Поэтому все наши разговоры состояли из иронии и намёков.
— Ну, похоже, всё становится сложнее, но я не уверен.
— Конечно.
Хаяма натянуто улыбнулся, допил кофе и швырнул банку в мусорное ведро. Та описала идеальную дугу, и тишину пустых коридоров первого этажа нарушил громкий стук.
Он вздохнул, словно пытаясь стереть улыбку с лица. И пока я пытался понять, означает этот вздох удовлетворение или одиночество, неспешно пошёл прочь.
— …Но это лучше, чем раньше. Я всегда думал, что ничего уже не изменится, — с болью пробормотал он, не ожидая моего ответа. В конце концов он никогда не думал, что мне есть что сказать.
Да, наш обычный разговор. Который и разговором-то не назовёшь.
Мы выдавливаем из себя слова, которые не хотим говорить. И интерпретируем их как хотим. Это больше смахивает на помощь при сеппуку [4]. Похоже, слова, которые могли бы стать осмысленным разговором, давно уже закончились.
Хаяма уже отошёл на несколько шагов, и я двинулся следом, размышляя над услышанным.
Интересно, откуда он узнал, что Юкиносита вернулась домой? От её родителей? Или от Харуно? Или просто Юигахама проболталась? Да какая, впрочем, разница.
Суть в том, что действия Юкино Юкиноситы изменили что-то, что по мнению Хаямы всегда оставалось неизменным.
Но я рад, что Хаяма воспринял это как позитивную новость. Учитывая, что он давно знаком с сёстрами Юкиносита и вхож в их дом, я склонен поверить его словам.
Мне даже стало легче на душе. Хорошо, что Юкиносита старается, пусть даже я не в курсе.
Когда Хаяма спрашивал насчёт «полегчало», я намеренно притворился непонимающим и заговорил про Комачи. А ведь, быть может, не так уж я оказался неправ. То, что я чувствовал сейчас, сродни моим чувствам, когда Комачи благодарила меня.
Возвращаясь в класс, я держался всё на том же расстоянии от Хаямы. Уроки должны были скоро уже начаться, спешащие по своим классам ребята приветствовали Хаяму. Тот отвечал им, взмахивая рукой.
Почему-то мой взгляд именно на его руке и сфокусировался.
Я вдруг понял, что Хаяма думал о том же, о чём и я. Он чувствовал к ней или к ним то же, что я к Комачи. И эта мысль не оставляла меня всю дорогу до класса.
Дистанция между нами сократилась лишь на мгновение, когда он взялся за ручку двери.
***
По мере приближения конца уроков поначалу тихие и спокойные классы становились всё более шумными и активными. Словно у всего школьного здания началась лихорадка.
Особенно отличались ребята из спортивных клубов. Быть может потому, что на период вступительных экзаменов вся клубная деятельность была приостановлена. Со стадиона уже доносились вопли регбистов и бейсболистов. Даже в нашем классе уже не осталось ни одного из спортсменов, включая компанию Хаямы. Да и все остальные потихоньку расползались.
Клубы, хех… Интересно, а наш клуб уже работает или нет? Надо бы пойти проверить. Я собрал вещи и уже начал подниматься со стула, когда сзади прозвучали торопливые шаги.
Должно быть, это… Я начал оборачиваться, и в этот момент она сунула голову мне через плечо. Наши лица оказались вплотную друг к другу.
— Ой-й! Ты меня напугала…
— И-извини!
Покачивающиеся розовые волосы, увязанные в шарик, невинные широко распахнутые глаза, дыхание, срывающееся с мягких губ, большая упругая грудь, подпрыгнувшая от резкого движения, сладкий цитрусовый аромат, донёсшийся до меня, когда я попытался отвернуться… Каждая деталь всё сильнее подстёгивала моё сердцебиение.
Юигахама глубоко вздохнула, глядя на меня:
— Что-то ты слишком уж напугался.
Она фыркнула и похлопала меня по плечу. Завязывай, ты же меня так смущаешь, что хочется сквозь землю провалиться. Несколько раз подряд… И говори потише, а то на нас уже пялятся… И не надо за руку меня трогать. А то ведь могу собраться с силами и начать выпендриваться…
— Я насчёт клуба… ты идёшь?
— …У-угу. Наверно, — немного туманно ответил я, всё ещё стараясь унять бешено колотящееся сердце. Юигахама задумалась на секунду и кивнула:
— Ага. Понятно. Погоди секундочку.
Юигахама побежала к Миуре с компанией. Обменялась с ними парой слов, быстро сгребла все свои вещи в рюкзачок и вернулась ко мне.
— Пошли.
Она вдруг подтолкнула меня в спину, словно поторапливая. Да иду я, иду, не надо меня пихать… В кризисных ситуациях особенно важно не бегать, не толкаться, не разговаривать. Я так хорошо подготовлен по программам предотвращения стихийных бедствий, что и в обычной ситуации предпочитаю избегать регулярных разговоров с окружающими.
А ситуация-то и правда чрезвычайная. Да, мы и раньше ходили в клуб вместе. Но насколько я помню, сегодня впервые мы вместе выходим из класса. Случай беспрецедентный.
Я оглянулся, опасаясь сонма чужих взглядов. Но нет, оставшиеся в классе просто болтали между собой, на обращая на нас никакого внимания.
Что же до тех, с кем раньше была Юигахама, они лишь мельком глянули на нас. Эбина помахала рукой, прощаясь, а Миура как всегда покрутила свой локон. И никакой подозрительности.
Какое облегчение.
Наверно, для остальных эта сцена выглядит совершенно естественно. Известно, что Юигахама после уроков идёт в клуб помощников. Также же известно, что я состою в этом клубе. Ничего странного, что мы идём туда вместе.
Хотя в былые времена были бы, наверное, и странные взгляды. И на меня, и на Юигахаму.
Когда я смотрел на элиту класса как на нечто единое, я ни о чём подобном даже не задумывался. Но когда общаешься с отдельными личностями, узнаёшь кое-что о их прошлом и настоящем. И начинаешь разбираться, что к чему. Хотя пониманием я бы это всё равно не назвал.
Конечно, всё это относится и к шагающей сейчас рядом со мной девушке.
Уроки только что закончились. И потому, наверно, коридор, ведущий в спецкорпус, ещё более пустынен, чем обычно. И как всегда холоден.
Хотя холод совсем не чувствовался.
Потому, наверно, что идущая рядом Юигахама тащила в руках пушистое одеяло, зарывшись в него подбородком. Линус? Ты что, Линус? Это что, отсылка на Арахис, который только в Чибе и найдёшь [5]?
— Слушай, что это у тебя за одеяло?
Мы шли молча, поэтому я решил как-то завязать разговор. Юигахама вопросительно наклонила голову:
— Одеяло? Ты имеешь в виду плед?
— А какая разница? Одно и то же ведь… Оба слова — иностранные заимствования, как «паста» и «макароны».
— А? Так ведь написано же «плед»… Так они оба заимствования…
Юигахама надула губы и недовольно нахмурилась. Заметила, наконец… Впрочем, особого внимания на её реакцию я обращать не стал и присмотрелся к пледу. Хоть он и был свёрнут, но большим всё равно не казался. Где-то в половину татами [6].И я сразу вспомнил слова, точно его описывающие:
— Так это накидка на колени…
Юигахама кивнула, зарываясь лицом в плед:
— Ну да, верно. Как-то так.
— Хм-м. А разве ты такой уже не приносила?
Я вдруг вспомнил, как в клубе время от времени Юигахама с Юкиноситой садились рядом и прятались под один плед как под котацу. Я ещё тогда подумал, что хорошо, небось, что так тепло, когда вокруг так холодно, что очень хочется домой. А то там, где я сижу, и правда холодно, знаете ли…
Мой взгляд на плед блеснул лёгкой завистью. А Юигахама удивлённо уставилась на меня:
— А ты на удивление много внимания уделяешь…
— Да не уделяю я внимание, как-то само собой на глаза попадается…
— Само собой…
— Ну, да, понимаешь, у меня широкое поле зрения… — машинально отреагировал я, сам не зная, насколько оно у меня широкое. Впрочем, как бы я ни отворачивался, всё равно краем глаза видел покрасневшие щёки зарывшейся лицом в плед Юигахамы.
По коридору эхом разносились звуки шагов. А ещё слышны были стук ветра в окно и тихое дыхание рядом.
Чёрт, как же меня нервирует эта тишина! Даже кажется, что я сам рою себе могилу. Ещё пять секунд, время истечёт, и мне засчитают неверный ответ. Я получу «плох в общении» и мне урежут зарплату! Нет, о «великолепен», ясен пень, речь не идёт, но надо бы получить «хорош», даже нет, «нормален». Впрочем, даже от «великолепен» мои очки привлекательности не увеличатся [7].
— Слушай, а зачем ты покупала этот плед? — спросил я первое, что пришло в голову. — У тебя же уже есть накидка на ноги. Ты что, сороконожка?
— Я не покупала! Это подарок к одному из журналов, что я покупала!
Юигахама резко вскинула голову, но её задор быстро угас. Она помрачнела и начала ворчать:
— …Я и сама не заметила, как у меня их столько оказалось. Даже не знаю, как от них избавляться.
— А-а, понятно…
Значит, ты вот так избавляешься, да?.. Действительно, зимой можно сколько-то подарков получить. Кажется, у нас тоже такие появляются. Не реже, чем тарелки с весеннего фестиваля булочек Ямазаки. Эти тарелки почти не бьются и быстро накапливаются…
— Вот я и притащила его из дома, — с улыбкой кивнула Юигахама. — Да и холодно ещё пока что. И…
Она вдруг замолкла, устремив взгляд вперёд. Я проследил, куда она смотрит, и увидел дверь клуба помощников.
Помолчав, словно подбирая слова, Юигахама тихо вздохнула:
— …Я вот подумала, почему бы не оставить его в клубной комнате, если есть хоть какой-то шанс, что клуб будет работать…
Она снова замолчала, опустив взгляд, словно ей стало не по себе. Глядя на неё, я не мог ничего ответить, даже просто угукнуть не мог. Тут бы пошутить как обычно, но ничего в голову не приходило.
…Если клуб будет работать, да.
По голосу Юигахамы чувствовалось, что она и сама не очень-то верит, что он выживет.
Пока мы шли до двери, я так и не смог найти нужный ответ. И просто взялся за дверную ручку. Дверь брякнула, но открываться отказалась.
— Заперто…
Юигахама посмотрела на дверь через моё плечо:
— Значит, Юкинон ещё не пришла…
Она перекинула плед на одну руку и принялась рыться в карманах куртки. Не обращая на это внимания, я развернулся:
— Пойду за ключом схожу.
— А? Э-э…
Юигахама попыталась что-то сказать, но я просто отмахнулся от неё. И быстро зашагал к учительской.
Я только сейчас понял, что эту дверь всегда открывала Юкиносита. Только она держала в руках ключ. Я к нему никогда даже не прикасался.
* * *
Приоткрыв дверь, я заглянул в учительскую. Кажется, атмосфера там была довольно напряжённой. Потому, наверно, что только что закончились вступительные экзамены. На столах громоздились кучи бумаг, кто-то бурно что-то обсуждал с другими, кто-то разговаривал по телефону. Ох, даже как-то неловко про ключ спрашивать…
В такие моменты лучше всего обращаться к Хирацуке. В конце концов, она здесь, как правило, смотрит аниме или что-то жуёт.
Пробормотав «я вхожу…», я прокрался в учительскую, словно готовя какой-то розыгрыш, и направился прямо к столу Хирацуки.
Я уже чёрт знает сколько раз видел этот стол, когда меня сюда вызывали. Но сейчас всё выглядело совсем иначе.
Обычно на нём царит бардак, валяются какие-то бумаги, конверты, банки из-под кофе, бонусные фигурки… Но сейчас стол был пуст и чист. На нём лежали лишь тетрадь в чёрной обложке и шариковая ручка рядом с ней. И больше ничего.
Я даже засомневался, не перепутал ли я столы. Но крутящийся стул был развёрнут в сторону, как обычно делала Хирацука. Вот только её самой нигде не было видно.
— О, Хикигая. Что-то случилось?
Я развернулся на голос. Хирацука с сигаретой во рту выглядывала из-за занавески, отделяющей место для посетителей. А, ну точно, она же всегда там курит. Наверно, решила немножко отдохнуть от бумажной работы.
Она махнула мне рукой, и я послушно направился к ней. В руке была зажата банка кофе. Разумеется, MAX Coffee. Почему? Потому что он особенный [8].
— Э-э, я тут за ключом пришёл… — сообщил я, усаживаясь на диван. Хирацука озадаченно взглянула на меня:
— А его только что Юкиносита забрала.
Она выдохнула густой клуб дыма и стряхнула пепел с сигареты. Поморщилась от запаха и ехидно усмехнулась:
— Что тебе мешало позвонить ей и уточнить? Общение — это очень важная вещь.
— А у меня её номера нет.
— А у Юигахамы?
— Ну, это…
Под её подозрительным взглядом я тщетно пытался отшутиться. А что я мог ещё сказать? Что пришёл сюда только для того, чтобы взять ключ?
Но Хирацука, кажется, сама что-то поняла, хотя и не стала высказывать это вслух. Просто пожала плечами и улыбнулась. Под её тёплым взглядом я почему-то почувствовал себя неловко и отвернулся.
И обратил внимание на остальных, до невозможности занятых учителей.
— Похоже, у вас много дел… — сменил я тему. Хирацука проследила мой взгляд:
— Хм? А-а. Так конец года же. В это время тут всегда так.
Вот как. Похоже, дело не только во вступительных экзаменах. Наверно, и с выпускниками возни много, и с переводом в следующий класс. К тому же, Хирацука нами занимается, учениками второго года, вряд ли её проблемы связаны с поступающими.
— Наверно, в конце семестра или финансового года везде завал. Мои родители тоже заняты по уши.
— Ну, у разных компаний и конец года может быть разный, но обычно это конец марта. И мы должны пахать как проклятые, чтобы уложиться в срок… Домой хочу… И пошли к чёрту все эти отчёты, сроки, дедлайны… — мрачно пробормотала Хирацука, повесив голову.
Что-то она такой уж занятой не выглядит… Я молча посмотрел на неё, и она сразу поняла невысказанный вопрос:
— Слушай, я тоже очень занята, понимаешь? Нет, правда.
Она выпрямилась и демонстративно надулась. Увы и ах. Будь она помоложе, выглядело бы и правда очень мило… Но в её возрасте получается наоборот, весьма мило. Чёрт, опять, что ли, получилось «мило»?
— А сейчас я… ну, перерыв у меня. Да. Короткий, верно?
Хирацука затушила сигарету в пепельнице, словно отбрасывая с ней все сомнения. Но нет дыма без огня, как говорится…
— А почему тогда стол совершенно пустой?
— Ну-у, понимаешь, когда сильно занята, ударяешься в своего рода эскапизм, вот, — увильнула она, со смехом почёсывая голову.
Не могу сказать, что не понимаю её… Когда сильно чем-то загружен, порой теряешь связь с реальностью и обнаруживаешь себя, скажем, играющим в игры. Хм-м, ничего не попишешь. Она невиновна. Обвинять её в такой ситуации — это лаять не на то дерево. Во всём виновата работа. Она истинное зло. Не ненавидь людей, ненавидь работу.
Я согласно кивнул. Хирацука вздохнула.
— Всё-таки надо разобраться с работой… — пробормотала она уже не мне, а словно про себя. И бросила взгляд на пепельницу. Там уже не было ни дыма, ни огня, остался лишь резкий запах.
Хоть я уже вроде бы привык к табачному дыму, я вдруг обнаружил, что незаметно для себя нахмурился. А может, тому виной воспоминания о разговоре с Харуно. Угнетающий запах той ночи, запах, вызывающий чувство дискомфорта. Изо всех сил стараясь забыть вспомнившееся, я поднялся:
— …Мне пора идти.
— Да, давай.
Хирацука пошла следом, словно провожая меня. И когда я уже собирался выйти за занавеску, вдруг окликнула:
— Хикигая.
— Да?
Повернувшись, я увидел, что её рот чуть приоткрыт. Но она молчала, просто глядя на меня. В её взгляде не было обычной резкости. Но не был он и мягким, какой она время от времени демонстрировала.
Такой взгляд я видел впервые. Мне стало любопытно, что же он значит, и я вопросительно наклонил голову.
Но Хирацука лишь прикрыла глаза и слегка покачала головой. А затем улыбнулась, совсем как девчонка:
— …Ничего. Лови!
И бросила мне банку кофе. Я не без труда поймал её и снова поднял вопросительный взгляд.
Хирацука приложила руки к щекам, подмигнула мне и показала язык:
— Никому не говори, что я тут бездельничаю, хорошо?
Ну и ну… Что это за манеры Юмекавы [9], а? То есть, банка кофе — это взятка за моё молчание? Впрочем, даже если я откажусь, мне всё равно рассказывать некому… Так что я просто ответил «замётано», махнул на прощание рукой и покинул учительскую.
Если клуб уже открыт, нет никакого смысла торопиться. Юкиносита уже наверняка впустила Юигахаму. Так что я шёл неспешным шагом, жонглируя банкой кофе.
Снаружи, естественно, Юигахамы уже не было. Зато изнутри доносились голоса. Из-за них, наверно, в зимнем холоде чувствовалось некоторое тепло.
Дверь, совсем недавно отказывавшаяся подчиняться, теперь послушно открылась. Обогреватель был включён, и поток тёплого воздуха от него смешивался с запахом чёрного чая. Девушки обнаружились на своих обычных местах, ближе к окну. Приветствуя их, я тоже пристроился на привычное место, ближе к двери.
— Привет.
— Добрый день.
Завершающая возню с чаем Юкиносита закончила наливать кипяток в чашку, подняла голову и улыбнулась. Но улыбка тут же стала какой-то виноватой:
— Прошу прощения. Должно быть, мы разминулись. Мне следовало связаться с тобой.
— А-а. Да ничего, всё нормально.
Я показал ей банку MAX Coffee, намекая, что заодно и к автомату заглянул. Юкиносита облегчённо вздохнула. Зато надулась Юигахама:
— Я же сказала тебе, что позвоню ей.
Я вдруг обнаружил, что криво усмехаюсь ей:
— Не припомню, чтобы ты такое говорила…
— Всё потому, что Хикки убежал раньше, чем я успела сказать.
— Но зато я MAX Coffee купил, понимаешь? Ладно, извини.
Второй раз MAX Coffee за отмазку не прокатил. Я заметил, что взгляд Юигахамы холодеет, и поспешно извинился:
— …Ничего страшного.
Она наконец выпустила воздух из надутых щёк. Юкиносита тихо засмеялась, глядя на нашу перепалку, и посмотрела на меня, опуская чайник:
— Я приготовила чай… Будешь?
— А, спасибо. Как говорится, сладкое уходит в отдельный желудок.
— Ты это про кофе? Он же до жути сладкий.
Юигахама с ужасом на лице взглянула на мой MAX Coffee. Ну конечно, я про кофе. Он куда слаще новомодных низкоуглеводных обезжиренных сладостей…
В общем, оставлю MAX Coffee до момента, когда проголодаюсь. А пока выпью чёрного чая в моё послеурочное чайное время [10].
— Готово. Пожалуйста.
— Спасибо.
Глотнув из налитой Юкиноситой чашки, я облегчённо вздохнул, чувствуя, как расслабляется всё тело. И осознал, насколько до сих пор был напряжён.
В результате перестал болтать чёрт знает о чём и замолчал, лишь выдыхая насыщенный паром воздух.
До сих пор молчание совсем меня не тяготило. А сейчас возникшая атмосфера неловкости даже пугала.
Я искоса глянул на Юигахаму. Та уткнулась взглядом в свою кружку, рассматривая рябь на поверхности. Похоже, ей тоже было не по себе.
Пока мы молчали, Юкиносита со спокойной улыбкой сломала лёд тишины:
— Спасибо тебе за тот раз…
Держа чашку обеими руками, она плавным и прекрасным движением склонила голову.
Я ощутил лёгкое облегчение. Мне показалось, что эту изящную, правильную позу, эти изумительные волосы, эту мимолётную улыбку я уже где-то видел. И благодаря этому дежавю, неожиданно для себя сумел пробормотать несколько слов.
— …Переезд нормально прошёл?
Хоть я уже слышал это от Хаямы, всё равно спросил. Потому что такие вещи лучше узнавать из первоисточника.
— Да. Хотя я бы не называла это переездом… Кроме того, мне помогала Юигахама.
Юкиносита бросила тёплый взгляд на упомянутую Юигахаму. Та отчаянно замахала руками:
— Да ерунда, никаких проблем! Я же почти ничего не делала…
Юигахама смущённо засмеялась, отворачиваясь в сторону и поглаживая свой шарик волос. Но Юкиносита не отвела взгляд:
— Ты действительно помогла мне. Спасибо…
И улыбнулась потрясающе яркой и спокойной улыбкой.
Юигахама искоса глянула на Юкиноситу, встретившись с ней взглядом. Улыбнулась со слезами на глазах, кивнула и судорожно вздохнула.
Кажется, Юкиносита тоже смутилась:
— Пожалуй, надо бы напечь чего-нибудь к чаю.
В комнате стало немного теплее, она наполнилась ароматом чёрного чая. Кажется, даже воздух поменял цвет под лучами закатного солнца.
Неожиданно воздух вздрогнул. Его тряхнул стук в дверь.
— Войдите, — спокойно ответила Юкиносита. Дверь медленно отворилась.
* * *
Одинокий солнечный луч выпал сквозь открытую дверь. В неё потёк холодный воздух из коридора, вытесняя из комнаты тепло включённого обогревателя как порыв ветра. Наверно, одно из коридорных окон было открыто для проветривания.
— Прошу прощения!
За дверью стояла особа, устроившая сей незапланированный бриз. Ироха Ишшики. Она улыбнулась нам, но входить, кажется, не собиралась. Интересно, почему? Она что, намерена так и держать дверь открытой? Холодно же… Я бросил на Ишшики укоризненный взгляд, но она лишь прижала к щеке указательный палец и слегка наклонила голову:
— Э-э, у вас ведь есть компьютер, верно?
— Ну да, один есть… — немного растерянно ответила Юкиносита. Ишшики тут же отреагировала новым вопросом:
— А на нём можно смотреть DVD?
Юкиносита задумчиво качнула головой и полезла в ящик стола за ноутбуком. Но я и без того знал ответ.
— Можно. У нас старая модель.
— Хе-е…
Ишшики почему-то казалась впечатлённой.
— Что-то не так?
— Нет, просто проверяю.
— Ха-а… И что же ты проверяешь?..
Она махнула рукой, всем своим видом показывая, мол, ничего особенного. Но зато наконец вошла, закрыла за собой дверь и направилась к нам.
— Можно было бы купить в интернете, но там ведь квитанции не дают. Да и банковскую карточку для этого иметь надо, верно?
— Хоть ты и спрашиваешь… — пробормотала Юкиносита. Не она одна, мы все трое были озадачены. О чём вообще речь? Но Ишшики, игнорируя наши подозрительные взгляды, просто включила ноутбук.
— Понимаете, я взяла напрокат DVD. А в школьном совете новый ноутбук, он такие не проигрывает.
Хех… Новый ноутбук, да? Красиво жить не запретишь… Впрочем, в большинстве новых моделей DVD-привода и правда нет.
Ишшики полезла в сумку и выудила оттуда белую прямоугольную коробочку размером с ладонь.
— …Что это?
Юигахама постучала пальцем по коробочке. Резонный вопрос. Что же это? Тофу? Но нет, при ближайшем рассмотрении на коробочке обнаружились какие-то кнопки и что-то, смахивающее на линзы. Значит, не тофу…
Ишшики достала кабель, подключила один конец к коробочке, второй воткнула в ноутбук. Юкиносита восхищённо вздохнула:
— Очень похоже на проектор, хоть и такой маленький.
— Он самый. Подождите, сейчас экран опущу.
Ишшики кивнула, поднялась и с шуршанием развернула висящий на стойке в углу комнаты экран.
И что сейчас будет? Я задумчиво посмотрел на Ишшики. Та нажала кнопку на коробочке. Тихо зашумел вентилятор, и на экране появился рабочий стол ноутбука.
— Потрясающе…
— Да, очень чёткое изображение.
У Юигахамы отвисла челюсть. Юкиносита сложила руки на груди и задумчиво взялась за подбородок. Ишшики окинула их взглядом, прочистила горло, вскинула палец и гордо выпятила грудь:
— Он может даже со смартфонов видео показывать!
— Хех. А. Но… это же очень дорогая штука, да? — с ещё большим удивлением поинтересовалась Юигахама. Ишшики широко раскинула руки:
— Вообще-то, да! Но сейчас за всё платит школьный совет, так что для меня получается практически бесплатно!
— Худший вид демо-версии…
Нет ничего подозрительнее в рекламе, чем слова «практически бесплатно». Что «практически бесплатные» игры, что системы многоуровневого маркетинга, обещающие прибыль в средне- и долгосрочной перспективе, не доверяйте им. Я мысленно поклялся, что меня на такую удочку не поймают.
— Так что там с этим проектором?
Он ведь совсем новый, даже прозрачная защитная плёнка ещё не снята. Услышав мой вопрос, Ишшики пристально посмотрела на проектор, склонив голову:
— Ну, это… недавно купленное оборудование, да?
С тем же успехом можно было сказать «сила прыжка, да»? Братец Ирохасу [11], будь поувереннее, представляя нам нового друга школьного совета, Проектора…
— Это не главное. Зачем ты его принесла?
Юкиносита приложила руку к виску. Резонный вопрос. Я как раз хотел спросить то же самое.
— Насчёт этого…
Ишшики выхватила DVD, крутанула его на пальце и сунула в привод. Юигахама сразу вскочила.
Явно придя в возбуждение, она задёрнула шторы и выключила свет. Нет, погоди, мы же не можем смотреть фильм прямо в клубной комнате? Или…
По экрану побежали знакомые картинки. Статуя Свободы, рычащий лев, загорающиеся буквы и даже бегущая волна [12]. Всё это… Что? Мы в самом деле собираемся смотреть кино?
Не обращая внимания на моё замешательство, Ишшики поставила свой стул так, чтобы было удобно смотреть. Юигахама притащила стол с печеньками. Всё предусмотрели… А? Мы что, в самом деле смотрим кино?
Юкиносита, решив, видимо, что иного выбора нет, кроме как плыть по течению, начала готовить новую порцию чая… Судя по всему, они в самом деле решили смотреть фильм.
Поскольку единственным источником звука были маленькие динамики ноутбука, нам пришлось плотно скучковаться вокруг него.
И потому мне никак не удавалось расслабиться. Стоило пошевелиться, как я сразу натыкался на кого-то рядом. Шуршание формы, вздохи удивления при касании, тихие перешёптывания — вот и всё, что запечатлелось в моей памяти. Для самого фильма места не осталось.
Я понял, что это была иностранная драма. История о подростках в старшей школе. «Спортсмены — это страшно. Отбирать учеников для школы надо очень придирчиво» — вот и всё, что я из неё вынес. Где-то на середине фильма я вообще бросил его смотреть и принялся медитировать, борясь с плотскими желаниями.
Едва я начал чувствовать себя просветлённым, как фильм закончился. По экрану пробежали финальные титры, и Ишшики выключила проектор.
— Да, это было забавно, — сказала Юигахама вставая и отдёргивая шторы.
За окном уже совсем стемнело. Когда вспыхнул свет, я заметил, что Юкиносита прикрыла глаза и удовлетворённо кивнула. Кажется, им понравилось. А я мало что могу вспомнить…
— Танцующая королева, м-м, м-м-м… — начала негромко напевать пребывающая в отличном настроении Ишшики одну из песен, что звучали в фильме. Но быстро перешла на мычание, потому что, надо полагать, плохо понимала английский. Не хотелось её беспокоить, но мне всё-таки надо было кое-что спросить.
— Слушай, а почему ты решила смотреть фильм здесь?
— Это не фильм, а драма.
— Да какая разница…
Если на экране веселятся американцы — это Голливуд. Если танцуют по поводу и без повода — Индия. Все фильмы такие, да? Ну хорошо, это была иностранная драма…
Я глубоко вздохнул. Ишшики удивлённо посмотрела на меня:
— Семпай, тебе что, не понравилось?
Да нет, наверно, понравилось бы, но неприятные моменты сами на глаза лезли… А самое сложное было — смотреть всё это в окружении троих девушек.
— Похоже, вам всем такое нравится.
— Ну, можно сказать, да. Обычно они интересные.
— Так и есть.
Ответили Юигахама и Ишшики. Юкиносита же молча кивнула.
— Понятно…
Нет, я тоже смотрел фильмы, которые показались мне интересными. Вроде «24 часа» или «Побег из тюрьмы». Но иностранная драма, которую мы только что видели, отбивала всякий интерес. Она меня просто утомила.
— Наверно, такое больше подходит девушкам.
Кажется, Юигахама с Ишшики почувствовали себя задетыми.
— Думаю, парням тоже такое нравится.
— Вот именно. Для парней вполне естественно любить фильмы, которые нравятся девушкам. С другой стороны, девушки, которые говорят, что им нравится «Безумный Макс» или «Мстители», пребывают под полным влиянием своих парней.
— Что? Правда? — переспросила Юигахама, не в силах игнорировать услышанное. Ишшики зло ухмыльнулась:
— Ну, по большей части.
Слушай, придержи коней. Не смотри свысока на парней только за то, что им нравятся такие фильмы… Есть и девушки, которым такое нравится. Источник: Хирацука. Её любимые фильмы — «Дрожь земли», «Морской бой» и «Тихоокеанский рубеж». Когда она мне это сказала, я чуть в неё не влюбился… Впрочем, я и сам понимаю, что источник не слишком надёжен.
Я посмотрел на ухмыляющуюся Ишшики, размышляя, какие же фильмы нравятся обычным девушкам.
— Вот я и говорю, что девушкам нравятся фильмы элегантные, яркие, дерзкие и нахальные, вроде «Амели»!
Ну и девица… Такой старый фильм… Впрочем, довольно популярный. Его и сейчас несложно найти, так что отчасти я её понимаю…
— Хм-м… Так какой твой любимый фильм?
— «Амели»!
Ишшики приложила руку к щеке, мило улыбаясь.
— Бесстыдный фильм…
— Как-то не очень верится…
Странный выбор для девушки, так что я поспешил поддержать Юигахаму.
Юкиносита отхлебнула чая и прикрыла глаза:
— Очень хороший фильм.
Чуть было не было! Хорошо, что я ничего больше не ляпнул. У каждого свои предпочтения, так что лучше уважать чужое мнение. А то недолго и на мину наступить!
Впрочем, есть и те, кто хоть и уважает чужое мнение, смело топает по минам.
— А. Вот, значит, какие фильмы нравятся людям вроде Юкино-семпай.
— Не самые вежливые слова.
Под холодным взглядом Юкиноситы Ишшики на мгновение застыла, а затем спряталась за моей спиной. Юкиносита приложила руку к виску и устало вздохнула:
— Так почему ты решила посмотреть фильм здесь?
— Кстати да, резонный вопрос.
Развернулся я к Ишшики, вспомнив, что и сам недавно его задавал. Та хлопнула в ладоши:
— Я хочу воспользоваться этим фильмом как источником информации. А если бы я смотрела его в комнате школьного совета, все подумали бы, что я просто развлекаюсь.
— Не самая веская причина…
— А ещё я хотела опробовать свежекупленный проектор. В комнате совета и у меня дома нет такого экрана. К тому же, я не из тех, кто берёт работу на дом.
Ишшики не сдавалась, продолжая улыбаться. Теперь, наверно, ещё и дополнительные динамики купит. Чисто для себя…
— А что ты имела в виду насчёт источника информации? — подняла руку Юигахама. — Мы же этот фильм просто смотрели.
— Вы ведь знаете, что после выпускной церемонии устраивается что-то вроде вечеринки, да? За неё отвечает школьный совет. Вот я и хотела посмотреть, как это делается.
— Вечеринка, значит…
Я насторожился и выпрямился, стараясь всем своим видом показать, что останусь глух к её просьбам. Но Ишшики, не обращая внимания на мою демонстрацию, скрестила руки и задумалась:
— Честно говоря, мы могли бы просто накрыть стол, произнести поздравительные речи и так далее. Но я подумала, что мне тоже предстоит выпускаться, и что неплохо было бы придумать что-нибудь поинтереснее… Ну и выпускников заодно порадовать.
Ого! Хоть и под конец, но всё же вспомнила выпускников. Растёт Ироха, растёт… Хотя её эгоизм не перестаёт меня впечатлять.
Сбоку послышался вздох, созвучный моим мыслям. Юкиносита понимающе кивнула:
— Понятно. Вот почему ты взяла фильм с промом.
— Юкино-семпай просто великолепна!
Ишшики хлопнула в ладоши. Хотя не вижу ничего особенного. Тут кто угодно угадал бы, к чему всё клонится.
Юкиносита осталась спокойна, но всё же с чуть заметной гордостью выпятила грудь. Её щёки тронул румянец. На редкость восприимчива к лести…
Кое-что я всё-таки понял. Всё крутится вокруг прома. Что же такое этот пром?
— Пром? Промоутер? Что-то продвигается?
Но Юигахама тоже не знала ответа:
— Про… промашка?
— Нет, просто пром.
— Так что же это такое?
Юкиносита кивнула и задумалась, подбирая слова:
— Пром — это сокращение от «promenade dance», выпускной бал. Кажется, в зарубежных школах так называют большую вечеринку в конце года. Не будет преувеличением сказать, что это большой выпускной праздник. Помните, в фильме, в самом конце?
А… Так та американская вечеринка — это и есть пром. Я понимающе кивнул:
— А? Так это не вымысел? Такое реально устраивают?
— Похоже на то. И считают это делом обычным… Хм-м…
Ишшики достала смартфон и полезла что-то искать. Минуты не прошло, как она нашла искомое и продемонстрировала нам:
— Та-да…
— О…
На экране красовались парочки в смокингах и бальных платьях, кружащиеся в танце. Обстановка менялась — физкультурный зал, клуб, танц-холл, просто лужайка, но всё выглядело просто шикарно. И никто из участников не выглядел как школьник.
— Смотрите, смотрите! Это был бы просто хит в Инстаграмм! Я хочу сделать что-то похожее!
— Кончай завязываться на такие бессмысленные стандарты…
Ишшики показывала девушек, выходящих из шикарных лимузинов и шествующих в танц-холл. Как по мне, парням интереснее Темджин [13], а не лимузины. Хотя некогда сейчас про Vurtual-On думать.
Те снимки, судя по всему, относились к выпускным более высокого уровня, чем тот, который мы имели в виду. Такое в ночных клубах вы не найдёте.
— Почему бы не устроить обычную вечеринку?.. Зачем обязательно бал?..
— Хе-хе, потому что я стану королевой бала! — провозгласила Ишшики, положив руку на грудь.
— А?
О чём она вообще?.. Я полез в Гугль за разъяснениями.
Судя по всему, королевой бала школьники выбирают самую красивую девушку из выпускников. Кстати, там ещё и король имеется…
— Понятно… Хаяма станет королём на своём выпускном…
— Ага, наверняка. Иначе говоря, Хаяма — король, а я — коро… Ой.
Явно вспомнив про разницу в годах, Ишшики кашлянула и повернулась ко мне:
— Кстати, семпай, как насчёт остаться на второй год?
— И не мечтай…
— Не будь букой! Всё равно же экзамены в университет провалишь, какая тебе разница? А так сможешь скидками для школьников пользоваться.
— Хватит решать за меня! В твоём сценарии больше минусов, чем плюсов. А если я завалю экзамены в один университет, пойду сдавать в другой.
— Понятно… — надулась Ишшики. — Тогда как насчёт взамен помочь организовать мне пром?
— Взамен… Взамен чего?
Ишшики бесстыдно сделала вид, будто предлагает мне компромисс. Но на самом деле я не мог просто взять и проигнорировать её предложение.
— Так, придержи коней. Ты решила организовать пром?
— Да, — безразличным тоном ответила она, не обращая внимания на мой скепсис. Мне оставалось лишь вздохнуть:
— Сейчас я не могу. К тому же, мне такие вещи не нравятся, что ещё больше всё осложняет.
— У-угу… Думаю, было бы здорово… Но будет трудно…
— Это верно…
Юигахама криво улыбнулась. Юкиносита приложила руку к виску, закрыв глаза. Кажется, тут мы единодушны.
— Ну да, я знаю… Но всё равно хочу… Это в самом деле невозможно? — сказала Ишшики тише, чем раньше, глядя мне прямо в глаза и держась кончиками пальцев за мой пиджак. Манипулятивный приём, как обычно очень мощный. Заставляющий меня захотеть ей помочь.
В горле встал комок, но мне всё же удалось выдавить нужные слова:
— Похоже, что да… На то есть много причин… Уверен, ты и сама понимаешь.
Я чувствовал, что нет нужды объяснять. У нас нет времени, нет денег, нет рабочих рук, нет опыта, нет информации и много чего ещё нет. Уверен, что Ишшики и сама всё понимает. Значит, у неё есть какая-то веская причина, почему она пришла к нам с такой просьбой… Стоило бы её выслушать.
Ишшики, похоже, о чём-то задумалась:
— Понятно… Тогда школьный совет сам этим займётся.
— Да, так будет лучше… Что ты сказала?
Я уставился на Ишшики,решив, что ослышался. Но похоже, что нет. И понял я её правильно.
Она подняла голову и строго взглянула на меня. Её глаза блестели решимостью.
— Ты слышала, что мы сказали?
— Да. И потому мы сделаем всё сами, — дерзко усмехнулась Ишшики.
Я невольно вздохнул, не пытаясь ни остановить её, ни, наоборот, подбодрить.
— О-о… Понятно…
Юигахама была удивлена не меньше меня. Мы недоумённо переглянулись. Я спросил одними глазами «Что это она?», Юигахама пожала плечами. Юкиносита в нашем обмене мнениями участия не приняла, её глаза оставались закрытыми.
Объяснить, что к чему, могла только Ишшики, так что мы дружно уставились на неё.
— Не надо на меня так смотреть… Да, я знаю, что будет сложно. И была готова к тому, что вы мне откажете. Я же всё-таки не дура, — недовольно пробурчала она. Мы с Юигахамой начали кое-что понимать.
— Ясно. То есть ты в любом случае намеревалась его провести?
— Понятно. Вот почему ты не подготовилась к переговорам.
Ишшики слегка улыбнулась и отвела взгляд, словно ей стало неловко:
— Ну, я думала, что вы посмотрите фильм и тоже захотите устроить пром…
Это и называется прийти без подготовки… Но хотя бы честно.
Под моим взглядом Ишшики пару раз кашлянула, словно прочищая горло:
— Ну, если передумаете, добро пожаловать в школьный совет. Вам всегда рады! Настолько, что я вас даже домой не отпущу…
— Даже не скрываешь желание нас поэксплуатировать… Значит, ты твёрдо решила провести пром…
— Да.
Да, она и правда приняла решение. Никак не показав, почему. Хлопотно это будет…
Пока я размышлял, что же делать, заговорила Юкиносита:
— Могу я поинтересоваться, почему ты так настаиваешь на проме?
Ишшики вздрогнула. Наверно, не ожидала вопроса, потому что казалось, что Юкиносита думает о чём-то своём.
— Э-э-э, ну я ведь уже сказала, что хочу стать королевой бала…
— Но это может случиться только через два года, верно?
Она почесала щёку и потеребила воротник:
— Я хочу начать готовить всё уже сейчас.
— Даже если не начинать готовить сейчас, ты всё равно станешь королевой.
— П-понятно… Что?
Ишшики уставилась на Юкиноситу, не веря своим ушам. Мы с Юигахамой тоже недоумённо переглянулись. Юкиносита слегка вздохнула:
— Я говорю, что нет никакой необходимости проводить пром именно в этом году.
— Да нет, я не про то… — неуверенно пробормотала Ишшики, но Юкиносита не обратила внимания на её слова. Она пристально смотрела на Ишшики, ожидая другого ответа.
Та заколебалась, но парой секунд спустя хлопнула в ладоши, словно что-то придумав:
— Ну, понимаешь, нет никаких гарантий, что я и в следующем году буду президентом! Вот почему начинать надо именно сейчас!
— Тебя обязательно выберут, если ты этого захочешь. Во-первых, желающих всегда немного, а во-вторых на твоей стороне будут заслуги и опыт работы. Думаю, ты уверенно можешь запланировать пром на следующий год.
Юкиносита говорила мягко, но так, словно видела Ишшики насквозь. И уверенно загоняла в угол. Ишшики, кажется, совсем растерялась.
— Ну, это… м-м-м… да, ты права, но…
— И через год…
— Не получится, — оборвала Юкиноситу Ишшики. Мгновение назад она выглядела растерянной, но сейчас в её голосе не было ни малейших сомнений. Юкиносита внимательно посмотрела на неё, стараясь понять, что она имеет в виду.
— Я, наверно, предложу провести пром в следующем году, но вряд ли это получится. Просто откажут, как вы, или скажут, что не хватит времени, и в итоге я просто сдамся… Вот почему я должна что-то сделать сейчас, даже если это трудно или ничего не получится…
Ишшики замолчала, слышно было лишь дрожащее дыхание. Я хотел было спросить, всё ли с ней в порядке, но в этот момент она встряхнула льняными волосами:
— Я должна провести его в этом году. Мы можем успеть, если начать прямо сейчас.
Вскинув голову, она окинула нас решительным взглядом. Но выражение лица Юкиноситы ничуть не изменилось:
— Почему ты хочешь его провести? Ради кого?
Ишшики озадаченно заморгала, невинно приоткрыв рот, но тут же уверенно улыбнулась.
— Ради себя самой, конечно же! — во весь голос заявила она, гордо выпятив грудь.
Отлично, Ишшики. Может, это правда, может, скрывающая что-то ложь, но такое поведение достойно похвалы. Было бы очень неосмотрительно спрашивать сейчас что-то ещё.
Юкиносита от удивления неверяще поморгала, но тут же улыбнулась:
— Понимаю. Спасибо за ответ.
Её улыбка светилась искренней радостью, словно она услышала именно то, что хотела услышать. Быть может, она спросила просто из любопытства. Хотя следующие её слова такую возможность опровергли:
— Тогда я помогу тебе.
— А? Э? Правда? Ого! Юкино-семпай, я тебя люблю! Это-было-очень-страшно-правда-я-бы-хотела-чтобы-ты-больше-никогда-так-не-делала!
Ишшики, раскрыв объятья, рванулась к Юкиносите. Та пробормотала «подожди…», стараясь её отпихнуть.
Наблюдая столь трогательную сцену, мы с Юигахамой синхронно вздохнули.
— Что ж, если начальство сделало свой выбор, ничего не попишешь. Время засучить рукава…
— Угу, точно, — кивнула мне в ответ Юигахама с какой-то вымученной улыбкой.
Как бы то ни было, цель клуба помощников определена. Если возникла задача, мы должны её решить.
— Не могли бы вы выслушать меня? — тихо заговорила высвободившаяся Юкиносита, потянувшись и подвигав руками.
— Хм?
Кажется, она немного нервничала. Мы с Юигахамой повернулись к ней.
— Это было моё личное решение, и я не буду заставлять вас помогать, если вы этого не хотите.
— Э-э… Что ты имеешь в виду?
Юкиносита выпрямилась, набирая воздуха в грудь:
— Ну, я имею в виду… Я приняла это решение не как глава клуба и потому не имею права приказывать. Не воспринимайте его как часть клубной деятельности. Конечно, я была бы признательна за помощь. Я просто хочу, чтобы вы знали, что я принимаю на себя ответственность за пром и собираюсь воплотить его в реальность. Иначе говоря…
Её голос становился всё тише и тише, пока совсем не затих. Она крепко вцепилась в юбку и опустила голову, прикусив губу.
Сдаётся мне, что-то такое я уже слышал. И Ишшики вроде бы тоже помнит. Вот только на сей раз всё намного масштабнее.
— Это значит, что мы можем участвовать, если захотим?
Юкиносита посмотрела на меня, не слишком уверенно собираясь что-то сказать. Но её опередил другой тихий голос:
— Нет, Хикки.
В голосе Юигахамы не слышалось ни осуждения, ни неодобрения. Он звучал очень тихо, словно падающее в воздухе перо.
Я посмотрел на неё. Юигахама опустила голову, уткнувшись взглядом в стол и слегка вздохнула. А потом мягко улыбнулась Юкиносите:
— Юкинон… Ты хочешь сделать всё сама, верно?
Та уверенно кивнула.
Теперь понятно. Какое облегчение. Я действительно ошибался.
Везде и всегда, что бы она ни говорила, она всегда умалчивала самое важное. Юигахаме хватило несколько слов, чтобы расшифровать то, что она сказала.
Юкиносита тихо вздохнула, её губы слегка дрожали:
— У нас нет иного выбора, кроме как сделать всё сейчас. Если сразу начнём, всё может получиться… Наверно, это касается и меня.
Ишшики недоумённо посмотрела на Юкиноситу распахнувшимися от удивления глазами. А вот Юигахама оставалась спокойной. Наверно, она была единственной, кто всегда правильно понимала Юкиноситу.
— Вот почему я хотела бы, чтобы это стало началом… И чтобы вы смотрели, как у меня получается.
— Хорошо, я не буду тебя отговаривать. Только пообещай мне кое-что.
Юигахама выставила мизинец. Юкиносита смущённо приподняла руку, поколебалась, но потом всё же подалась вперёд, сцепившись пальцами.
— Не глупи. Если тебе понадобится помощь, дай нам знать. Не как членам клуба помощников, как друзьям. Я бы хотела помочь, когда потребуется.
— Хорошо, обещаю… Спасибо.
На лице Юигахамы появилась привычная невинная улыбка:
— Ну и хорошо. Я поняла. А ты, Хикки?
Вполне естественная смена собеседника, но сразу отреагировать мне не удалось.
— Угу. — единственное, что я сумел выдавить из себя. Хотя даже не уверен, что сумел. Юкиносита бросила на меня взволнованный взгляд:
— Я в чём-то неправа?
— Нет. Всё нормально. Наверно.
Юкиносита улыбнулась, я попытался ответить ей тем же.
Я наконец понял. Что я увидел в её прекрасном поклоне. Что означают её уклончивые слова. Ничего удивительного, что всё это так знакомо. Ещё бы не понять. Эти спокойствие и одиночество я уже переживал.
— Понятно. Кажется, я поняла, — тихо пробормотала Ишшики. И устало вздохнула. Похоже, Юкиносита тоже это заметила:
— Прошу прощения за причинённые неудобства. Наверно, моя помощь окажется не слишком значимой, но…
— Нет-нет, всё нормально.
Ишшики улыбнулась склонившей голову Юкиносите. Встала и шутливо поклонилась:
— В таком случае жду завтра в комнате школьного совета.
— Да, давай постараемся.
— Да, давай постараемся, Юкино-семпай.
Юкиносита качнула головой, словно ощутив что-то странное в её словах. Ишшики подхватила свои вещи, помахала нам рукой и быстро юркнула в коридор, захлопнув за собой дверь.
Мы проводили её взглядом, понимая, что нам тоже пора. Обычные сроки уже прошли, а ещё немного, и мы вообще рискуем стать нарушителями.
— Пора расходиться. — пробормотала Юкиносита, глянув на часы. Мы с Юигахамой кивнули и начали собираться.
Юигахама со своим пледом в руках вышла первой. За ней я, следом Юкиносита.
За окном уже совсем стемнело. А в коридоре изрядно похолодало, словно, выйдя из комнаты, мы попали в какой-то иной мир.
Но для меня прокатившийся по коже холодок был лишь доказательством того, какая приятная атмосфера была в клубе помощников.
Просьба Ишшики не считается заданием клуба. И потому у меня больше нет причин приходить сюда.
Наверно, это и есть самостоятельность. Чувствуешь себя немного брошенным, но гордым. Вроде моего мягкого, но неизбежного отдаления от Комачи. Что вполне можно отпраздновать.
Щёлкнул замок, запирая дверь в комнату клуба. Словно сберегая что-то очень ценное.
Этот ключ всегда был у неё. Для меня он оставался нетронутым.
--------------------------------------------------------
Примечания
[1] Отсылка к манге и аниме «Karakai Jouzu no Takagi-san»
[2] Районы в Токио с роскошными бутиками и элитными кондитерскими
[3] Отсылка к древнему сериалу «Sakigake!! Otokojuku»
[4] Ритуал самоубийства путём вспарывания живота. Помощь заключается в отрубании человеку головы, чтобы меньше мучился
[5] Отсылка на древний американский комикс «Peanuts» («Арахис»), один из героев которого, Линус ван Пелт, частенько таскает с собой одеяло. Чиба, если кто забыл, крупнейший японский производитель арахиса
[6] Размер татами — 90x180 см
[7] Отсылка к игре «The Idolmaster»
[8] Фраза из рекламы
[9] Героиня аниме «Idol Time PriPara»
[10] Отсылка к названию группы «Ho-kago Tea Time» из сериала «K-ON»
[11] Отсылка к «Kemono Friends»
[12] Последнее — студия «Toei Ltd»
[13] Персонаж игры «Virtual-on»
