«Создать Амону проблемы? — Паллез Зороастр усмехнулся. — А какая от этого польза? Если ее нет, то забудь об этом».
Леонард на мгновение потерял дар речи. Спустя несколько секунд он произнес:
— По крайней мере, это может поднять тебе настроение.
Паллез хмыкнул.
«Мое настроение станет лучше, если ты не будешь поднимать эту тему».
Не дожидаясь ответа Леонарда, этот ангел Последовательности 1 пути Мародера вздохнул, и сказал своим слегка постаревшим голосом.
«Разве у твоего бывшего коллеги нет Чар Обмана? Возможно, он сможет с их помощью найти решение».
Избавившись от аватаров Амона в Бэклэнде, Паллез передал Леонарду символы божественности и магические метки, необходимые для создания четырех Талисманов: Обмана, Паразита, Лишений и Старения. Леонард передал эти знания Клейну, а тот использовал их и Червей Времени, чтобы создать по одной пуле Обмана, Паразита и Лишений. Позже он применил их, чтобы разобраться с Конасом Килгором, но Леонард об этом не знал.
— Старик, ты хочешь сказать, что с помощью Чар Обмана можно ввести Амона в заблуждение и заставить его ошибиться с местоположением, не дав ему повлиять на побег Клейна? — задумчиво прошептал Леонард.
«Ты думаешь, что можно использовать Талисман Обмана перед Королем Ангелов пути Мародера?» — мысленно парировал Паллез Зороастр.
«Это невозможно…» — Леонард сухо рассмеялся и беззастенчиво надавил:
— Тогда что ты имеешь в виду?
Голос Паллеза Зороастра вдруг прозвучал бодрее:
«Обмануть правило, согласно которому можно вернуться только туда, где находится тело!»
— Обмануть правило? Это тоже работает? — потрясенно спросил Леонард.
Паллез самоиронично рассмеялся и вздохнул.
«По сравнению с обманом Амона, обмануть правило гораздо проще. В конце концов, в основе этого мира лежит безумие и хаос».
Эти слова на мгновение лишили Леонарда дара речи. С одной стороны, у него было недостаточно опыта. Он не знал, что порядок и законы можно обмануть, а с другой стороны, он никак не ожидал, что в сердце Старика Амон внушает еще больший ужас, чем законы природы и мировой порядок.
Спустя почти десять секунд он снова заговорил:
— Насколько высока вероятность успеха этого метода?
«Она очень и очень мала, — с усмешкой ответил Паллез. — Вероятность обмануть таким образом мировой порядок с помощью Чар Обмана, созданного из Червя Времени аватара Амона, очень и очень мала. Поэтому я все же предлагаю ему обратиться за помощью к Шуту. Не тратьте время зря. В борьбе с Амоном чем дольше тянешь, тем опаснее становится».
Леонард немного подумал, а затем кивнул в знак согласия.
— Понимаю. Я тоже посоветую ему сделать это.
Конечно же, он не забудет упомянуть о том крайне маловероятном методе, который предложил Старик.
«Хорошо, что ты понимаешь. Серьезно, мешать старику читать…» — пробормотал Паллез, его голос постепенно стих и исчез из головы Леонарда.
На улице Пинстер, 7, газета, лежавщая на кофейном столике, внезапно взлетела вверх и самостоятельно развернулась над диваном.
***
«Использовать Чары Обмана, чтобы обмануть правило, согласно которому я могу воскреснуть только там, где находится мое настоящее тело?» — Над серым туманом, в древнем дворце, Клейн перефразировал предложение Паллеза Зороастра своими словами.
Закончив говорить, он вспомнил о фонаре из звериной шкуры, который продолжал гореть: Амон обманул законы природы, позволив свече оставаться в магическом состоянии и продолжать гореть в течение недели, не нуждаясь в топливе.
Его глаза загорелись, и он прошептал:
— До такого способа мышления мог додуматься только ангел пути Мародера…
Это может сработать!»
Как и Паллез, он чувствовал, что по сравнению с противостоянием Амону, разобраться с законами природы гораздо проще.
Увидев надежду, он тут же проанализировал возможный исход:
«Хотя я уже использовал Пулю Обмана, я могу призвать ее из Исторической Пустоты. В конце концов, прежде чем ее действие закончится, я обязательно восстановлю свое тело и успешно воскресну…
Законы природы действительно достойны жалости. Мало того, что их обманывают, так еще и предмет, используемый для обмана, поддельный…
Единственная проблема заключается в том, что пуля может не обмануть закон мистицизма. С Конасом Килгором тогда уже было сложновато…»
Размышляя, он медленно осматривался и постепенно находил вдохновение.
Использовать Замок Сефирот!
Получив первоначальный контроль над Замком Сефирот, он уже мог мобилизовать здесь силу ангела Последовательности 2.
И многое из того, с чем он сталкивался ранее, объясняло, что власть Замка Сефирот с высокой вероятностью распространяется на три пути: Провидца, Ученика и Мародера. Она могла оказывать сходящееся воздействие на соответствующих Потусторонних, и явно привлекла внимание Амона.
То есть Клейн подозревал, что Замок Сефирот обладает силой всех трех путей одновременно. Однако, будучи Провидцем, большую часть силы, которую он мог пробудить, он концентрировал в этой области.
«С помощью такого посредника, как Пуля Обмана, я, возможно, смогу пробудить другие силы Замка Сефирот… Поскольку я уже способен творить некоторые чудеса в области Провидца, обладание силой пути Мародера на уровне ангела — вполне разумный вывод. Единственная проблема заключается в том, что должен быть посредник достаточного уровня… Таким образом, мне не придется беспокоиться о том, что я не смогу обмануть это правило…» — По мере того как его мысли прояснялись, он начал серьезно разрабатывать план.
Он взял за основу законы мистицизма и попытался разработать «аферу».
«Чтобы снизить сложность, лучше всего провести дополнительную подготовку. Я не могу совершить обман на пустом месте, по крайней мере, пока я не являюсь истинным телом Амона…
Точно. Я дарую Маленькому Солнцу пробирку своей крови. Я создам фальшивую точку возрождения, которая выходит за пределы досягаемости.
А затем, используя Пулю Обмана в качестве спускового крючка, пробудить соответствующие силы уровня ангела, содержащиеся в Замка Сефирот, "дезориентировав" это правило и заставив его рассматривать фальшивую точку возрождения как настоящую, а настоящую — как фальшивую…»
Он шаг за шагом прорабатывал детали, и, когда его мысли, наконец, обрели форму, Клейн немедленно использовал мистическую связь между собой и местом своей смерти, чтобы с помощью своего «истинного зрения» понаблюдать за реальным положением дел.
Он увидел, что серовато-желтый туман сильно поредел, а глубокий овраг, в котором скрывался Чернобыль, ничем не отличался от прежнего.
Неизвестно, где Амон в остроконечной шляпе и монокле раздобыл камень и положил его на то место, где погиб Клейн. «Он» сидел на нем и терпеливо играл с перчаткой из человеческой кожи.
Время от времени «Он» сгибал палец перчатки из человеческой кожи, а иногда растягивал его, словно «Он» мог заниматься этим целую вечность.
Примерно в километре отсюда, в определенном месте серовато-желтого тумана, три Амона в черных классических мантиях магов склонились над камнем, сосредоточенно играя в карты, которые «Они» где-то раздобыли. Время от времени «Они» поправляли свои монокли.
В других местах этой обширной пустоши Амоны бродили поодиночке или группами, неспешно прогуливаясь, задумчиво записывая что-то или обсуждая друг с другом всевозможные вопросы.
В темной и опасной Заброшенной Земле Богов царила такая гармоничная картина. Было бы еще лучше, если бы эти юноши не были бы так похожи друг на друга: одетые в классические черные мантии, остроконечные шляпы и монокли, с одинаковыми черными волосами, черными глазами, широкими лбами и острыми лицами.
Как раз в тот момент, когда Клейн уже собирался продолжить наблюдение, Амон, сидящий на камне, вдруг поднял «Свою» голову. «Он» поправил свой хрустальный монокль и посмотрел на него.
По всей пустоши все Амоны подняли головы к самой высокой точке тумана истории.
Клейн тут же отвел взгляд и разорвал связь.
***
В Серебряном Городе Деррик Берг поднялся на вершину шпиля и встретился с главой Колином Илиадом.
— Ваше Превосходительство, я уже получил обещание благословения, — откровенно и прямо сказал Деррик.
Колин Илиад с седыми волосами и старым шрамом на лице заметно расслабился. Он медленно кивнул и произнес:
— Вот и хорошо. Вот и хорошо.
В редких случаях он повторял одну и ту же фразу дважды.
Будучи превосходным Охотником на Демонов и главой Серебряного Города, он всегда был терпелив, никогда не шел на неоправданный риск. Поэтому, когда Шут неожиданно не ответил, он не стал сразу же обращаться к Истинному Творцу, а решил терпеливо подождать еще месяц.
Для Серебряного Города, который ждал в Темные века более двух тысяч лет, месяц был приемлемым сроком.
Не дожидаясь ответа Деррика, Охотник на Демонов Колин отошел от окна и спокойно сказал:
— Возвращайся домой. А я начну готовиться к ритуалу продвижения.
Деррик посмотрел на главу и искренне произнес:
— У тебя все получится!
Он не стал больше задерживаться. Он тут же покинул шпиль и вернулся домой.
Вновь установив ритуал и разместив шесть могущественных трупов, на которые он охотился, в правильном положении, Колин Илиад принялся за приготовление зелья.
Закончив со всеми приготовлениями, глава Серебряного Города закрыл глаза, склонил голову и начал петь на языке йотунов:
— Шут, не принадлежащий этой эпохе, таинственный владыка над серым туманом, Король Желтого и Черного, повелевающий удачей…
Над серым туманом Клейн увидел, как от этих слов расходятся световые волны, и услышал слегка призрачную молитву.
Он немедленно призвал бумажную фигурку и объединил ее с силой Замка Сефирот. Он бросил ее в молельный круг и пометил главу Серебряного Города.
В то же время, воспользовавшись этим молельным кругом, он осмотрел весь шпиль и Серебряный Город. Он убедился, что рядом с главой или Маленьким Солнцем нет никаких признаков паразитического присутствия Амона.
«Нужно воспользоваться этой возможностью!» — Клейн тут же призвал Мира Германа Спэрроу и заставил его принять позу для молитвы.
В этот момент Колин Илиад увидел свет.
В святом свете внезапно снизошел святой ангел с двенадцатью парами иллюзорных крыльев. По мере того как чистые белые перья кружились в воздухе, Охотника на Демонов окутали эти крылья света.
Это было благословение Мистера Шута.
Обновлено: 12.01.2026