– Кто-то открыл дверь в глубине зала с росписями и
вышел? Бесноватый или существо-Потусторонний, находившееся где-то поблизости? К
тому же умеющее действовать во снах? – начал логически рассуждать Клейн,
услышав описание Андерсона Худа. В голове кружились мысли, и вдруг осенила неожиданная
идея. – Мог ли это быть тот обладатель таинственных глаз,
что наблюдает за мной и палубой? Мог! Если тот загадочный человек всё время
таился на корабле и вместе с нами приплыл в эти воды, то с наступлением ночи,
должно быть, засыпает, а значит, появляется в мире снов... Мадам Отшельник
совсем не подозревает о его существовании, или же он делает это с её
молчаливого согласия? Или он её козырная карта, потому-то она и приняла моё
задание, не страшась опасностей этой акватории? Нет, нельзя сказать наверняка.
Ну, по крайней мере, я не могу точно доказать, что человек, открывший дверь в
глубине зала с росписями, и есть та таинственная личность, что плывёт с нами на
корабле... – Клейн посмотрел на Андерсона
проникновенным хмурым взглядом и спросил: – Почему маловероятно? Тогда, оговорившись об этом, Андерсон ещё подозревал,
что открыл дверь кто-то из членов экипажа Будущего, но позже ему это стало
казаться маловероятным. Он хмыкнул Клейну в ответ. – Я во сне заглядывал к каждому, кто находится на
корабле, и понял, что никто кроме вас не обладает способностью свободно
действовать в том мире. – К сожалению, я тогда толкал дверь наружу, – спокойно
сказал Клейн. Андерсон пожал плечами и отвечал: – Я знаю, потому вас и не подозреваю. В этих водах
повсюду таится опасность. Орудуют всевозможные монстры. Может, тот, кто дверь
открыл – это тогдашний каменный великан или разлагающийся дракон с мечтой о
несметных сокровищах. Сказав это, он оперся о борт корабля, стал смотреть на
море, залитое золотистым солнцем, и улыбнулся мечтательно. – Я заметил, что с тех пор, как спасся с тонущего в
бурю корабля, злой рок меня понемногу отпускает. Ха-ха, ясно же, что он не
навсегда ко мне пристал и вечно длиться не будет. Ну, сами подумайте, я
благополучно приплыл на остров, и пусть меня там настигали разнообразные
неудачи, но я продержался до вашего прибытия. Да, я действительно привлекаю
монстров и действительно из-за меня явился тот каменный великан, но мы разве это
всë не разрешили с лёгкостью? И на борту корабля я несколько часов пробыл, а
ничего за это время не случилось... Не объясняет ли это... Клейн не дал ему договорить, презрительно оборвал: – Замолчите! – Этот парень не знает, что нужно стараться держать
язык за зубами, когда на тебя взирает побагровевший от гнева человек? Руки
чешутся поколотить! Не нагадай я над серым туманом, что ты не преображался или
находишься в одержании у какой-то важной шишки, я уже давно бы отправил тебя на
дно моря. Да... Последовательность 8 пути Охотника – Подстрекатель. Должно
быть, он с лёгкостью усвоил зелье тогда... – В глубине души Клейн
чувствовал, что по подстрекательству Андерсон достиг уровня куда выше, чем у
Даница. Не расстроившись, Андерсон поднял руки и отвечал с
горестной улыбкой: – Ну, хорошо, хорошо. Замолчу. Поняв, что он не дал больше наводок насчёт того, кто
открыл дверь в мире снов, Клейн помолчал немного, потом внезапно развернулся и
пошёл в каюту. Он обнаружил кое в чём большой недосмотр! Поскольку Андерсон, преследуемый злым роком, находился
на корабле, то вероятность несчастных случаев только возрастала в разы. А,
следовательно, Клейну нужно было подготовиться! Вернувшись в свой номер, он взял медный свисток Азика
и бумажного журавлика Уилла Осептина и прошёл в уборную. Устроив ритуал вызова
самого себя, перенёс Фитиль, Солнечную Брошь и признак Потустороннего Кошмара
из пространства над серым туманом в реальный мир. Не стал сразу выключать собранный арсенал, а уложил в
чемодан рядом с Пузырьком Биологического Яда. Так, даже если внезапно настигнет опасность, у него
будет шанс настроить свой "арсенал", а затем подобрать из него
необходимое в соответствии с опасностью. Проделав всё это, Клейн ощутимо расслабился. Отложил
остальные предметы и вышел из номера на палубу, боясь, что пропустит
какие-нибудь знаки появления русалок. А едва выйдя из каюты, увидел Фрэнка Ли, сидящего на
корточках в углу с ошарашенным, ошалевшим видом. – Что случилось? – у Клейна ëкнуло сердце. Он испугался, что что-то пошло не так в экспериментах
безумного селекционера, и все на Будущем попадут в ужасную биологическую
катастрофу. Ошалевший Фрэнк покачал головой. – Я о тех своих малышах ещё не говорил? Им вообще-то
нужно было поспать немного, прежде чем расти и размножаться. И, в конце
концов... – И что же, в конце концов? – Клейн сделал важное
лицо. Сильнейший Охотник Андерсон в это время хвастался
собравшейся вокруг него публике, скольких пиратов поймал, и не замечал, как
меняются у публики выражения лиц, а тут почуял что-то, заинтересовался, прервал
свой рассказ и подошёл ближе. Сидящий на корточках Фрэнк посмотрел вверх и сказал: – Они только что завершили стадию масштабного
размножения и даже мутировали. Э-это чудо! – И что дальше? Куда они делись? Они ещё в твоей
лаборатории? – Клейн почуял, что здесь что-то неладно. Фрэнк пару секунд осмыслял, в чём проблема, затем
закатал рукава, обнажил волосатую руку. Постучал глухо перед собой по палубе и заулыбался. – Они пробурились внутрь и, кажется, перестроили
Будущее... Под глухие удары с палубы изверглось фонтаном что-то
похожее на молоко, обрызгав Фрэнку лицо. Он облизал жидкость с губ и в приятном удивлении
воскликнул: – Будущее... Будущее производит молоко! Тут же пираты, стоящие у борта, показали в ужасе на
пушки: – Пушки стреляют молоком! – Это... Это против науки... – Клейн едва
удержал задëргавшееся лицо. С тех пор, как Клейн поднялся на борт Будущего, и оно
пришло в низину и начало спускаться, он отмечал, что стало случаться немало
опровергавшего научные данные и выходившего даже за пределы мистических его
познаний. Андерсон взирал, разинув рот, чуть не забыв о том, что
хотел спросить. Привычно затопал ногами и благополучно вызвал ещё один
фонтанчик молока. В уме Клейна одна за другой проносились мысли, и он
метко вычислил проблему. Тотчас посмотрел на Фрэнка и проникновенным голосом
спросил: – После того, как твои малыши заразили Будущее, оно
будет заражать уже людей? Говоря, сунул правую руку в карман и выбрал подходящий
Амулет Парения, готовясь воспарить в воздух, чтобы избежать заражения. Фрэнк на миг всерьёз задумался. – Теоретически это так... Но не успел договорить, откуда ни возьмись возникла
фигура и пнула его под зад, подкинув так, что он несколько раз перевернулся и
плюхнулся в бассейн с молоком. То была никто иная как Нина, в синей куртке поверх
льняной рубашки. Бранясь, задыхаясь, она яростно пылающим взором
уставилась на Фрэнка, стоящего на палубе. – Ты не собираешься прикончить этих своих чёртовых
малышей?! Ты это всё делал, полагая, что у меня грудь маловата? – Ну, л-ладно, – отвечал неохотно Фрэнк, похлопывая
себя по ягодицам. К этому времени Клейн уже достал свой амулет и нежно пропевал: – Буря! Уверившись, что недооценивал способность Фрэнка Ли
устраивать неприятности, Клейн подозревал, что навлечëнное Фрэнком бедствие
будет только сильнее, а потому решил перво-наперво взлететь в воздух. Жестяной амулет объяли языки синего пламени, и вмиг
поднялся шквалистый ветер, обвиваясь вокруг ног и всего тела Клейна и поднимая
его с палубы на четыре-пять метров вверх. Андерсон сначала опешил, а потом протянул руку,
попытался схватить Клейна, но чуть-чуть опоздал. И ему только и оставалось, что
смотреть, как Герман Воробей поднимается, а самому стоять на месте. Этот заурядно-смазливый охотник, скривившись, покачал
головой, его всё это позабавило, но одновременно ему хотелось порвать в клочья
первого помощника капитана Будущего. К этому времени Фрэнк уже достал пузырёк с
тëмно-зелëным порошком. Насыпал пригоршню и, напевая заклинание на ëтунском,
раскидал вокруг. Едва порошок соприкоснулся с палубой, из него вмиг
проклюнулись зелёные лозы, бешено разрастающиеся. Вскоре они высосали молоко и
"малышей", оплетя всю палубу и каюту на ней. За какие-нибудь секунд десять Будущее целиком
поглотили заросли лоз. – Уф, вот и всё. – Фрэнк улыбнулся Нине, и выражение
лица его снова изменилось. – О-они мутировали! Тут, шатаясь, подошёл пират и закричал звенящим от
ужаса голосом: – У... У меня из головы растёт арбуз! Клейн обернулся на голос и увидел, что голову пирата
пробуравили лозы, и на одной из них, похоже, наливался арбуз! – Это и есть так называемая мутация? Да что-то это
слишком уж лихо, безумие какое-то, чёрт возьми! – выпалил Андерсон, вздыхая. Взгляд его бегал туда-сюда, и он проговорил грудным
голосом: – Что-то не так в этих водах вокруг нас! Тут же это уловил и Клейн, висящий в воздухе. Не будь каких-то внешних сбоев, подопытные создания
Фрэнка Ли и силы Потусторонних не произвели бы одновременную мутацию! Треск! Лозы одна за другой рвались, открывалось окно
капитанской каюты. Там показалась Каттлея и прокричала голосом, усиленным
колдовством: – Фрэнк, прекращай свои опыты. Здесь остатки ауры
Матери Земли. – Матери Земли? – Клейн с изумлением взглянул
на мадам Отшельник, чувствуя, что все его теории о том, как эти воды были полем
битвы богов, начисто опровергнуты! – О, моя Милосердная Мати! – Фрэнк скрестил руки, словно
держал в них младенца. А затем распластался на полу и благоговейно целовал
лозы. Каттлея молча наблюдала за происходящим, и тут вокруг
неё вмиг закружились сверкающие звёзды. Тогда она зажгла всё Будущее целиком. Воздев палец, Каттлея пустила бесцветное пламя,
направив его на лозу за окном капитанской каюты. Лозы вмиг загорелись и беззвучно обратились в пепел. Языки бесцветного пламени разбегались и пожирали всё,
не тронув ни одного моряка. Будущее же от этого пламени защищалось светом,
который излучало. Через какое-то короткое время заросли лоз исчезли без
следа, остался только пират, у которого на голове рос арбуз. Лоза, крепившаяся
к нему, разумеется, сгорела и обратилась в ничто. – Уфф, прямо какое-то схождение дьявола в мир, не
иначе! – Пират сделал пару шагов вперёд, держа в руках арбуз, что вырос из его
головы. – Не разбивай его! – раздался предостерегающий крик
Каттлеи, но в этот самый миг пират со страшной силой ударил по арбузу и
расколол его, вымещая свой гнев и одновременно удовлетворяя любопытство. Арбуз развалился надвое, а внутри был молочно-белый
"мозг" с частыми извилинами. Вокруг плескалась жидкость, похожая на
кровь. От этого удара пират тотчас же скончался, не было
никаких шансов на спасение. Признаки Потустороннего у него стали сгущаться с
невероятной скоростью. – Какое лютое безумие... – Тихо вздыхал Клейн и
собрался уже опуститься на палубу. И тут увидел, как из морской глади вдруг поднялась
гигантская ладонь и хлестнула по борту Будущего. Пятерня были длинная – почти в полметра каждый палец.
И вся иссера-чëрная, как засушливая пустыня! Клейн тихонько ахнул и, не удержавшись, посмотрел на
Андерсона. Этот товарищ только что обмолвился, что с тех пор, как
он попал на корабль, ничего не случалось!
вышел? Бесноватый или существо-Потусторонний, находившееся где-то поблизости? К
тому же умеющее действовать во снах? – начал логически рассуждать Клейн,
услышав описание Андерсона Худа. В голове кружились мысли, и вдруг осенила неожиданная
идея. – Мог ли это быть тот обладатель таинственных глаз,
что наблюдает за мной и палубой? Мог! Если тот загадочный человек всё время
таился на корабле и вместе с нами приплыл в эти воды, то с наступлением ночи,
должно быть, засыпает, а значит, появляется в мире снов... Мадам Отшельник
совсем не подозревает о его существовании, или же он делает это с её
молчаливого согласия? Или он её козырная карта, потому-то она и приняла моё
задание, не страшась опасностей этой акватории? Нет, нельзя сказать наверняка.
Ну, по крайней мере, я не могу точно доказать, что человек, открывший дверь в
глубине зала с росписями, и есть та таинственная личность, что плывёт с нами на
корабле... – Клейн посмотрел на Андерсона
проникновенным хмурым взглядом и спросил: – Почему маловероятно? Тогда, оговорившись об этом, Андерсон ещё подозревал,
что открыл дверь кто-то из членов экипажа Будущего, но позже ему это стало
казаться маловероятным. Он хмыкнул Клейну в ответ. – Я во сне заглядывал к каждому, кто находится на
корабле, и понял, что никто кроме вас не обладает способностью свободно
действовать в том мире. – К сожалению, я тогда толкал дверь наружу, – спокойно
сказал Клейн. Андерсон пожал плечами и отвечал: – Я знаю, потому вас и не подозреваю. В этих водах
повсюду таится опасность. Орудуют всевозможные монстры. Может, тот, кто дверь
открыл – это тогдашний каменный великан или разлагающийся дракон с мечтой о
несметных сокровищах. Сказав это, он оперся о борт корабля, стал смотреть на
море, залитое золотистым солнцем, и улыбнулся мечтательно. – Я заметил, что с тех пор, как спасся с тонущего в
бурю корабля, злой рок меня понемногу отпускает. Ха-ха, ясно же, что он не
навсегда ко мне пристал и вечно длиться не будет. Ну, сами подумайте, я
благополучно приплыл на остров, и пусть меня там настигали разнообразные
неудачи, но я продержался до вашего прибытия. Да, я действительно привлекаю
монстров и действительно из-за меня явился тот каменный великан, но мы разве это
всë не разрешили с лёгкостью? И на борту корабля я несколько часов пробыл, а
ничего за это время не случилось... Не объясняет ли это... Клейн не дал ему договорить, презрительно оборвал: – Замолчите! – Этот парень не знает, что нужно стараться держать
язык за зубами, когда на тебя взирает побагровевший от гнева человек? Руки
чешутся поколотить! Не нагадай я над серым туманом, что ты не преображался или
находишься в одержании у какой-то важной шишки, я уже давно бы отправил тебя на
дно моря. Да... Последовательность 8 пути Охотника – Подстрекатель. Должно
быть, он с лёгкостью усвоил зелье тогда... – В глубине души Клейн
чувствовал, что по подстрекательству Андерсон достиг уровня куда выше, чем у
Даница. Не расстроившись, Андерсон поднял руки и отвечал с
горестной улыбкой: – Ну, хорошо, хорошо. Замолчу. Поняв, что он не дал больше наводок насчёт того, кто
открыл дверь в мире снов, Клейн помолчал немного, потом внезапно развернулся и
пошёл в каюту. Он обнаружил кое в чём большой недосмотр! Поскольку Андерсон, преследуемый злым роком, находился
на корабле, то вероятность несчастных случаев только возрастала в разы. А,
следовательно, Клейну нужно было подготовиться! Вернувшись в свой номер, он взял медный свисток Азика
и бумажного журавлика Уилла Осептина и прошёл в уборную. Устроив ритуал вызова
самого себя, перенёс Фитиль, Солнечную Брошь и признак Потустороннего Кошмара
из пространства над серым туманом в реальный мир. Не стал сразу выключать собранный арсенал, а уложил в
чемодан рядом с Пузырьком Биологического Яда. Так, даже если внезапно настигнет опасность, у него
будет шанс настроить свой "арсенал", а затем подобрать из него
необходимое в соответствии с опасностью. Проделав всё это, Клейн ощутимо расслабился. Отложил
остальные предметы и вышел из номера на палубу, боясь, что пропустит
какие-нибудь знаки появления русалок. А едва выйдя из каюты, увидел Фрэнка Ли, сидящего на
корточках в углу с ошарашенным, ошалевшим видом. – Что случилось? – у Клейна ëкнуло сердце. Он испугался, что что-то пошло не так в экспериментах
безумного селекционера, и все на Будущем попадут в ужасную биологическую
катастрофу. Ошалевший Фрэнк покачал головой. – Я о тех своих малышах ещё не говорил? Им вообще-то
нужно было поспать немного, прежде чем расти и размножаться. И, в конце
концов... – И что же, в конце концов? – Клейн сделал важное
лицо. Сильнейший Охотник Андерсон в это время хвастался
собравшейся вокруг него публике, скольких пиратов поймал, и не замечал, как
меняются у публики выражения лиц, а тут почуял что-то, заинтересовался, прервал
свой рассказ и подошёл ближе. Сидящий на корточках Фрэнк посмотрел вверх и сказал: – Они только что завершили стадию масштабного
размножения и даже мутировали. Э-это чудо! – И что дальше? Куда они делись? Они ещё в твоей
лаборатории? – Клейн почуял, что здесь что-то неладно. Фрэнк пару секунд осмыслял, в чём проблема, затем
закатал рукава, обнажил волосатую руку. Постучал глухо перед собой по палубе и заулыбался. – Они пробурились внутрь и, кажется, перестроили
Будущее... Под глухие удары с палубы изверглось фонтаном что-то
похожее на молоко, обрызгав Фрэнку лицо. Он облизал жидкость с губ и в приятном удивлении
воскликнул: – Будущее... Будущее производит молоко! Тут же пираты, стоящие у борта, показали в ужасе на
пушки: – Пушки стреляют молоком! – Это... Это против науки... – Клейн едва
удержал задëргавшееся лицо. С тех пор, как Клейн поднялся на борт Будущего, и оно
пришло в низину и начало спускаться, он отмечал, что стало случаться немало
опровергавшего научные данные и выходившего даже за пределы мистических его
познаний. Андерсон взирал, разинув рот, чуть не забыв о том, что
хотел спросить. Привычно затопал ногами и благополучно вызвал ещё один
фонтанчик молока. В уме Клейна одна за другой проносились мысли, и он
метко вычислил проблему. Тотчас посмотрел на Фрэнка и проникновенным голосом
спросил: – После того, как твои малыши заразили Будущее, оно
будет заражать уже людей? Говоря, сунул правую руку в карман и выбрал подходящий
Амулет Парения, готовясь воспарить в воздух, чтобы избежать заражения. Фрэнк на миг всерьёз задумался. – Теоретически это так... Но не успел договорить, откуда ни возьмись возникла
фигура и пнула его под зад, подкинув так, что он несколько раз перевернулся и
плюхнулся в бассейн с молоком. То была никто иная как Нина, в синей куртке поверх
льняной рубашки. Бранясь, задыхаясь, она яростно пылающим взором
уставилась на Фрэнка, стоящего на палубе. – Ты не собираешься прикончить этих своих чёртовых
малышей?! Ты это всё делал, полагая, что у меня грудь маловата? – Ну, л-ладно, – отвечал неохотно Фрэнк, похлопывая
себя по ягодицам. К этому времени Клейн уже достал свой амулет и нежно пропевал: – Буря! Уверившись, что недооценивал способность Фрэнка Ли
устраивать неприятности, Клейн подозревал, что навлечëнное Фрэнком бедствие
будет только сильнее, а потому решил перво-наперво взлететь в воздух. Жестяной амулет объяли языки синего пламени, и вмиг
поднялся шквалистый ветер, обвиваясь вокруг ног и всего тела Клейна и поднимая
его с палубы на четыре-пять метров вверх. Андерсон сначала опешил, а потом протянул руку,
попытался схватить Клейна, но чуть-чуть опоздал. И ему только и оставалось, что
смотреть, как Герман Воробей поднимается, а самому стоять на месте. Этот заурядно-смазливый охотник, скривившись, покачал
головой, его всё это позабавило, но одновременно ему хотелось порвать в клочья
первого помощника капитана Будущего. К этому времени Фрэнк уже достал пузырёк с
тëмно-зелëным порошком. Насыпал пригоршню и, напевая заклинание на ëтунском,
раскидал вокруг. Едва порошок соприкоснулся с палубой, из него вмиг
проклюнулись зелёные лозы, бешено разрастающиеся. Вскоре они высосали молоко и
"малышей", оплетя всю палубу и каюту на ней. За какие-нибудь секунд десять Будущее целиком
поглотили заросли лоз. – Уф, вот и всё. – Фрэнк улыбнулся Нине, и выражение
лица его снова изменилось. – О-они мутировали! Тут, шатаясь, подошёл пират и закричал звенящим от
ужаса голосом: – У... У меня из головы растёт арбуз! Клейн обернулся на голос и увидел, что голову пирата
пробуравили лозы, и на одной из них, похоже, наливался арбуз! – Это и есть так называемая мутация? Да что-то это
слишком уж лихо, безумие какое-то, чёрт возьми! – выпалил Андерсон, вздыхая. Взгляд его бегал туда-сюда, и он проговорил грудным
голосом: – Что-то не так в этих водах вокруг нас! Тут же это уловил и Клейн, висящий в воздухе. Не будь каких-то внешних сбоев, подопытные создания
Фрэнка Ли и силы Потусторонних не произвели бы одновременную мутацию! Треск! Лозы одна за другой рвались, открывалось окно
капитанской каюты. Там показалась Каттлея и прокричала голосом, усиленным
колдовством: – Фрэнк, прекращай свои опыты. Здесь остатки ауры
Матери Земли. – Матери Земли? – Клейн с изумлением взглянул
на мадам Отшельник, чувствуя, что все его теории о том, как эти воды были полем
битвы богов, начисто опровергнуты! – О, моя Милосердная Мати! – Фрэнк скрестил руки, словно
держал в них младенца. А затем распластался на полу и благоговейно целовал
лозы. Каттлея молча наблюдала за происходящим, и тут вокруг
неё вмиг закружились сверкающие звёзды. Тогда она зажгла всё Будущее целиком. Воздев палец, Каттлея пустила бесцветное пламя,
направив его на лозу за окном капитанской каюты. Лозы вмиг загорелись и беззвучно обратились в пепел. Языки бесцветного пламени разбегались и пожирали всё,
не тронув ни одного моряка. Будущее же от этого пламени защищалось светом,
который излучало. Через какое-то короткое время заросли лоз исчезли без
следа, остался только пират, у которого на голове рос арбуз. Лоза, крепившаяся
к нему, разумеется, сгорела и обратилась в ничто. – Уфф, прямо какое-то схождение дьявола в мир, не
иначе! – Пират сделал пару шагов вперёд, держа в руках арбуз, что вырос из его
головы. – Не разбивай его! – раздался предостерегающий крик
Каттлеи, но в этот самый миг пират со страшной силой ударил по арбузу и
расколол его, вымещая свой гнев и одновременно удовлетворяя любопытство. Арбуз развалился надвое, а внутри был молочно-белый
"мозг" с частыми извилинами. Вокруг плескалась жидкость, похожая на
кровь. От этого удара пират тотчас же скончался, не было
никаких шансов на спасение. Признаки Потустороннего у него стали сгущаться с
невероятной скоростью. – Какое лютое безумие... – Тихо вздыхал Клейн и
собрался уже опуститься на палубу. И тут увидел, как из морской глади вдруг поднялась
гигантская ладонь и хлестнула по борту Будущего. Пятерня были длинная – почти в полметра каждый палец.
И вся иссера-чëрная, как засушливая пустыня! Клейн тихонько ахнул и, не удержавшись, посмотрел на
Андерсона. Этот товарищ только что обмолвился, что с тех пор, как
он попал на корабль, ничего не случалось!
Обновлено: 12.01.2026