Под лучами полуденного солнца Клейн в покрытой пылью одежде быстро повернул ствол револьвера с пустой каморы на заряженную. Он встал в стрелковую позицию. Солнечный свет отражался от корпуса револьвера.
Провидец вытянул оружие вперёд, настороженно прислушиваясь ко всему, что могло произойти вокруг.
В то же время он немного беспокоился за Капитана Дэна и Мистера Аль Хасана, ведь оба они были Потусторонними «Кошмарами», которые специализировались на воздействии на врага из тени. Было не ясно, умеют ли они вести прямой бой.
Как раз в тот момент, когда Клейн размышлял об этом, Аль Хасан замедлил шаг, и выражение его лица стало безмятежным и спокойным. Он открыл рот и продекламировал мирное стихотворение, которое, казалось, помещало человека в вечный сон:
— Стоит только солнцу закатиться на западе,
И капелькам росы украсить жемчугом грудь вечера;
Почти такой же бледной, как полоски лунного света,
Или её приветливой звезды,
Вечерний первоцвет открывает снова
Свои нежные цветки для росы;
И подобно отшельнику, избегающему света,
Напрасно.*
Стихотворение отразилось эхом от стен. Клейн почти утратил чувство напряжения и полностью расслабился. Ему повезло, что он уже пережил нечто подобное и не стоял в той стороне, куда повернулся Аль Хасан, из-за чего смог быстро взять себя в руки и войти в полумедитативное состояние, чтобы побороть влияние стихотворения.
— Фух... – он испустил вздох облегчения и больше не сомневался в способностях Дэна и Аль к прямому бою.
Так как он только недавно продвинулся по службе и ещё не очень хорошо разбирался в зельях Последовательности, Клейн забыл, что Кошмар Последовательности 7 - это усовершенствование Полуночного Поэта Последовательности 8. Они могли сохранять все свои прежние способности и, более того, наслаждаться их небольшим увеличением.
Впечатление о Полуночных Поэтах у Клейна сложилось благодаря Леонарду Митчеллу. Он знал, что эта «работа» унаследовала уникальные черты Бесонных. Леонард был хорош в сражениях, стрельбе, лазании и предчувствии. Кроме того, он умел воздействовать на живых существ с помощью стихов. Проще говоря, поэт насилия.
Пока Аль Хасан читал стихотворение, большие деревянные ящики, сложенные вокруг них, вдруг завибрировали, как вода. Появился человек в чёрном смокинге и низком шёлковом цилиндре. Лицо его было раскрашено в три цвета - красный, жёлтый и белый, рот обрисован дугой, как у клоуна, что составляло нелепый контраст с его официальным костюмом, который больше подходил для участия в званом ужине.
Топ! Топ! Топ!
Черноволосая Лоротта, которую представили как снайпера, быстро вышла вперёд. В одной руке она держала пистолет, а другую сжимала в кулак. За несколько шагов она оказалась в нескольких сантиметрах от клоуна в костюме.
Казалось, на клоуна подействовала поэма Аль Хасана, ведь его тело покачивалось, а в глазах было спокойное выражение. У него напрочь отсутствовало желание сопротивляться.
Лоротта по-боксёрски ударила незнакомца кулаком в лицо.
Бах!
Воздух взорвался, и клоун в костюме разлетелся на куски, как зеркало, быстро испаряясь и исчезая в воздухе.
В тот же момент фигура клоуна снова появилась в тени деревянных ящиков, в нескольких шагах от предыдущего.
Попавший под влияние поэмы оказался лишь иллюзией! Это было представление!
Клоун в костюме снова ухмыльнулся. У него был комичный вид, когда он одной рукой приподнял цилиндр, а другой наводил пистолет.
Бах!
Из пистолета раздался звук выстрела. Лоротта отскочила влево и покатилась по полу, уклоняясь от пули. Но не произошло ничего, кроме холостого выстрела.
Бах! Бах! Бах!
Дэн и Аль подняли револьверы и открыли прицельный огонь. Клоун в костюме ловко уклонялся, то вправо, то влево, то перекатываясь по земле. Он словно выступал в цирке в роли акробата.
Неожиданно Лоротта снова бросилась вперёд. Несмотря на то, что её называли снайпером, она также умела использовать кулаки.
Бам!
Клоун в костюме не смог вовремя увернуться от атаки и успел лишь поднять левую руку, чтобы заблокировать удар.
Увидев, что клоун остановился, Дэн и Аль без колебаний прицелились и спустили курок.
В этот момент рука, которой клоун блокировал кулак Лоротты, вспыхнула оранжево-жёлтым пламенем.
В одно мгновение пламя охватило костюмированного клоуна и перекинулось на Лоротту.
Бах! Бах!
Дэн и Аль выстрелили из револьверов, попав в шар пламени.
Пламя разгорелось быстро и вскоре от клоуна остался лишь чёрный пепел, парящий в небе, однако клоун в костюме снова появился за штабелем деревянных ящиков неподалёку.
Он поднял правую руку и вновь навёл пистолет.
Бах!
На фоне иллюзорного выстрела Лоротта внезапно остановилась на месте. Она не стала бросаться в этот раз. Грязь разлетелась перед ней, от удара пули.
Эта атака - не иллюзия!
Трудно было отличить настоящее от подделки, реальность от иллюзии.
Бах! Бах! Бах!
Клоун в костюме неоднократно стрелял в Дэна и Али, то скрываясь, то появляясь в случайные моменты.
Увидев это, Лоротта прищурилась и вскинула тускло-золотой револьвер в левой руке.
Бах!
Клоун внезапно присел на корточки, уклоняясь от смертельного выстрела. Его наполовину сбитая шляпа отлетела назад и упала на землю с заметным пулевым отверстием.
Прокатившись несколько раз костюмированный клоун с ловкостью обезьяны вскарабкался на штабеля деревянных ящиков. С высоты он стрелял воздушными пулями, возникающими при щелчке пальцами.
Аль Хасан сделал несколько шагов назад и опустил оружие. Он вновь начал свой речитатив:
— Кто слеп к его нежным ласкам,
Не знает той красоты, которой он обладает. **
***
Клоун в костюме несколько раз перепрыгнул между ящиками. Вдруг он поднял руку, поковырял в ухе, и посмотрел на Али с комичной улыбкой.
“Может быть, он заткнул уши? Зелье Последовательности, которым владеет Тайный Орден, действительно странное…” - Клейн наблюдал за схваткой издалека, молча строя догадки.
Как раз в тот момент, когда его мысли пронеслись в голове, он вдруг увидел фигуру, появившуюся на вершине склада рядом с ним. Более того, она бежала прямо внутрь, туда, где прятался Рэй Бибер.
Эта фигура была одета в серовато-белую униформу, какую носят рабочие в доках. Его лицо также было раскрашено в красный, жёлтый и белый цвета.
“Клоун в костюме отвлекал Капитана и остальных, пока другой человек доставал дневник?” - Клейн инстинктивно поднял правую руку и выстрелил в фигуру на крыше.
Он только успел прицелиться, как фигура вдруг присела на корточки, перейдя с бега на перекаты.
Бах!
Клейн не переставал спускать курок. Он увидел, как фигура внезапно остановилась, и кровь хлынула струёй.
Человек в шоке смотрел на него. Терпя боль, он продолжал двигаться к складу.
“Это было похоже на удачный выстрел…” - Клейн поджал губы и снова спустил курок. На этот раз пуля попала в деревянную крышу рядом с фигурой.
Бах! Бах! Бах!
Леонард и Борджиа тоже выстрелили, но не попали.
Клейн хотел было покритиковать их ужасные навыки стрельбы по сравнению с его, как вдруг замер.
“Точно! Почему мы должны его останавливать?
Разве не я сказал, что на складе существует серьёзная опасность? Разве не будет здорово, если мы позволим этому парню стать авангардом и наступить на мину ради нас?
Леонарду и этому Мистеру Борджиа наверняка пришла в голову та же мысль…” - сразу после этого Клейн поднял ствол револьвера и выстрелил в небо.
Бах! Бах! Бах!
Когда раздались выстрелы, фигуре удалось беспрепятственно добраться до крыши внутреннего помещения склада.
“Рабочий” спрыгнул, ударился локтем о крышу, и вместе с проломившейся крышей рухнул вниз.
После этого шума глаза черноволосой Лоротты внезапно потемнели. Её левая рука начала совершать странное движение вниз.
Прыжки клоуна в костюме внезапно приостановились, так как его лодыжку словно схватила невидимая рука.
Дэн не стал стрелять сразу, а опустил револьвер и, используя свою духовность для резонирования, продекламировал странным, бесплотным голосом:
— Так он расцветает, пока ночь рядом;
Когда день выглядывает с открытыми глазами,
Разбитый в замешательстве он не может убежать,
Он ослабевает и увядает, и исчезает. ***
***
Клоун в костюме вдруг обмяк, словно потерял желание жить.
Аль Хасан поднял револьвер и прицелился, его палец мгновенно нажал на курок.
В ту же секунду со склада донёсся жуткий вой.
— А-а-ах!
В крике был безмерный страх, словно издавший его столкнулся с невообразимо страшной вещью.
Волосы на теле Клейна встали дыбом. Трагические крики внезапно прекратились, и в глубине склада воцарилась тишина. Это была тишина, пробирающая до костей.
Бах!
Поражённый криком, Али успел выстрелить клоуну в живот.
— Ха-а... Ха-а... Ха-а! – тишина вновь была нарушена из самых глубин склада. Послышалось тихое пыхтение задыхающегося. Оно достигло крещендо, от которого у всех сдали нервы.
Бах! Бум! Бух! Бам!
Внутри чёрного сундука 2-049 пришёл в неистовство.
*Прим. автора: стихотворение John Clare (1793 – 1864), Evening Primrose
Прим. беты Н:
"When once the sun sinks in the west,
And dewdrops pearl the evening's breast;
Almost as pale as moonbeams are,
Or its companionable star,
The evening primrose opes anew
Its delicate blossoms to the dew;
And, hermit-like, shunning the light,
Wastes its fair.
**
"Who, blindfold to its fond caresses,
Knows not the beauty it possesses."
***
"Thus it blooms on while night is by;
When day looks out with open eye,
Bashed at the gaze it cannot shun,
It faints and withers and is gone”.
Обновлено: 12.01.2026