— Ты в порядке?
Зайен озадаченно посмотрел на него.
Фалес напрягся, пытаясь выровнять сбившееся дыхание, чтобы не показать своих эмоций.
— Да. – Улыбнувшись, он отодвинулся от себя тарелку с салатом,
которую использовал в качестве подставки. — Я просто наелся. Не думаю,
что смогу съесть больше. Зайен на мгновение замолчал; его взгляд заострился. — Значит, по-твоему, вассалы вроде меня виноваты? И наши эгоистичные желания являются источником хаоса в королевстве? Фалес не стал ни отрицать, ни соглашаться с его словами. Он посмотрел на герцога, изо всех сил стараясь забыть сцену в своём сознании. — Возможно. Но это не обвинение. Потому что ты тоже ничего не можешь с этим поделать. «Ничего не могу поделать» — повторил про себя Зайен. — Значит, по-твоему, поскольку всё неизбежно, между нами не может быть компромисса? Фалес посмотрел на герцога долгим взглядом. Ему вдруг вспомнилась их первая встреча. Они оба столкнулись с
убийцами, посланными Арунде — по словам Кола, это были люди Щита Теней. Если бы сейчас появился скрытый ассасин, принял бы Зайен на себя удар вместо него? Фалес выбросил из головы эту бессмысленную мысль, и на некоторое время замолчал. В итоге он покачал головой и произнёс: — Кто знает. Но надвигается кризис, который станет источником новых
требований. — Фалес выглядел слегка рассеянным. — На мой взгляд, когда
история устаёт повторяться, когда люди устают от конфликтов, когда
королевство устаёт от междоусобиц… когда придёт время, абсолютная и
верховная власть монарха снова может быть востребована, нужна и
почитаема как главный герой истории. Зайен нахмурился. — Так же, как и раньше, когда после взлёта и падения авторитарных
королей,- Фалес кивнул на Зайена и улыбнулся, — вассалы разделили,
расширили и управляли территориями, став главными героями истории. Зайен задумался. — По твоим словам выходит, что главными героями истории сначала были
короли, потом вассалы, а потом снова короли? — Он посмотрел на короля
Кесселя вдалеке, после чего снова посмотрел на принца. — Только эти
двое, больше никого? Фалес фыркнул. — Короли или вассалы, один или множество, собранные или рассеянные,
исключительные или простые, центральные или региональные, бюрократы или
оруженосцы, единое или раздельное управление, централизованная или
автономная, иерархическая или абсолютная власть — терминология столь же
разнообразна, как и её проявления, называй как хочешь. — Он пожал
плечами. — Но, как ты и сказал, монархи и вассалы являются двумя
сторонами равновесия, двумя концами пути. Зайен усмехнулся. — Похоже, история ходит по кругу. Фалес неодобрительно покачал головой. — Если тебе кажется, что она ходит по кругу… возможно, ты стоишь не в том месте и смотришь на неё не под тем углом? Зайен посмотрел на него. — Если ты стоишь на пути истории или отстаёшь от неё, тогда создаётся
впечатление, что она движется по кругу. – Забыв о сцене в своей голове,
Фалес небрежно продолжил: — Она поднимается и падает, она идёт и
возвращается, от низкого к высокому, а затем снова падает. Но если ты
посмотришь на неё в трёхмерном измерении – я хочу сказать, двигай своей
благородной задницей, поднимайся на более высокое место в истории и
смотри вниз… — Фалес замедлился: — Может быть, тогда ты поймёшь, что с
этой точки зрения, при бесчисленных переменных, среди неизвестных
деталей… история всегда двигалась вперёд, делая новый выбор. Она никогда
не ходит по кругу. Зайен нахмурился и надолго задумался. Как только Фалес вздохнул и собрался продолжить, он произнёс: — Как океанские волны? Волны, которые, если смотреть спереди, кажутся
приливами и отливами, если смотреть издалека, кажутся волнистыми, но на
самом деле непрерывно движутся вперед? Волны. Фалес опешил, но потом улыбнулся. — Неплохо. Он был готов объяснить это «спиральным восхождением», но поскольку Зайен был таким просветлённым… Фалес откинулся на спинку стула, молча посмотрев на короля и герцога на верхнем ярусе и гостей внизу. — Будь то короли или вассалы, за пределами взлётов и падений, в
истории, каждая борьба между ними, каждый раз, когда они чередуются,
каждое их столкновение может породить новые искры. — Слова Фалеса стали
более понятными: — От возвышения Древней Шовинистической Страны до
разделённого правления нескольких королей, от эпохи городов-государств
до завоевания Империи, от возвышения военачальников до Последней
Империи, от Битвы Искоренения до создания Созвездия, от ослабления
Короля Возрождения до реформ Добродетельного Короля – каждое из этих
событий являлось новым витком истории. Подумав о Старом Вороне, Фалес слегка разволновался. Зайен внимательно обдумал его слова. — История движется вперёд, как волны, а мы — маленькие лодки в
океане, большую часть времени плывущие по течению, но иногда способные
оседлать волны и разбить их? Фалес помолчал. — Маленькие лодки в океане, какой интересный образ. К сожалению, я
считаю, что эта метафора одновременно высокомерна и унизительна. Столкнувшись с этим противоречивым ответом, Зайен посмотрел на него озадаченным взглядом. Фалес обернулся и улыбнулся. — Я думаю, что мы — вода, и сами волны. — Выражение лица Фалеса было
мёртвенно-серьёзным, когда он произнёс: — Мы — сама история. Выражение лица Зайена слегка изменилось. На этот раз он отвернулся и надолго задумался. Неподалёку Маллос, весь вечер решающий какие-то вопросы, встретил вернувшегося с улицы Гловера. — Ничего? Гловер потёр покрасневшие от мороза руки, надел перчатки и покачал головой. — Ничего. Перед входом гостей тщательно обыскали; в кладовой не нашли
ничего, что могло бы послужить оружием или ядом. Каждый гость,
приближавшийся к Его Величеству и герцогам, — а это почти сто человек, —
прошёл проверку. Все они могут быть опознаны. Не было никаких
самозванцев, ничего подозрительного, по крайней мере, ничего особенно
подозрительного. Маллос выглядел всё более и более напряжённым. — За пределами зала полицейские установили блокпосты, но пока
результатов нет. Внутри зала королевские гвардейцы — как из Дворца
Возрождения, так и наши парни — в течение нескольких часов внимательно
следили за происходящим, но не смогли ничего обнаружить. Кроме того, —
Гловер заколебался, — я… слышал от одного знакомого из отряда Авангарда,
что сотрудники Секретной Разведки тоже начали действовать, ища угрозу
скрытными методами. Секретная Разведка. Глаза Маллоса вспыхнули светом. — Во всём Миндис Холле не обнаружено ни высокоэнергетических
Кристаллических Капель, ни высококонцентрированного очищенного Масла
Вечности. По крайней мере, у гостей нет ни Алхимических Шаров, ни
Мистических Пушек. В этот момент Маллос вдруг вытянул руку и схватил его за плечо! Гловер был ошеломлён. Маллос понизил голос и произнёс с серьёзным видом: — Что насчёт других индикаторов? Помехи массивов? Колебания
заклинаний? Нарушение закона? Происхождение репеллента? Возвращение к
равновесию? Следы чужеродных веществ? И все остальные признаки магии?
Что сказала Секретная Разведка? Гловер онемел от обилия странных терминов. — Магия? Мой… мой друг не говорил о ней… Маллос нахмурился. Неожиданно голос позади него ответил: — Ничего. Под их бдительными взглядами вице-капитан Фогель Талон холодно подошёл к ним сзади. — Никаких давно утраченных магических устройств… По крайней мере, это не убийство с помощью магии. Гловер озабоченно посмотрел на начальство. Маллос, по-прежнему погружённый в свои мысли, промолчал. — Ха, Паттерсон поймал нескольких взъерошенных голубков в пустых
комнатах в боковом коридоре… — Дойл зевнул. Он выглядел измученным,
подходя с другой стороны с докладом: — Стоун поймал нескольких голых
мужчин и женщин, «болтающих» в экипажах. Бастия поймал нескольких
парней, оставивших свои посты, чтобы провести время в коридоре для слуг,
и нескольких крадущих еду из кухни… Ничего серьёзного; в подвале и
каминах тоже пусто. Кроме того, двое мужчин были пойманы в ванной, в
одной кабинке, играя в «четвероногого зверя». Ты знаешь, что я имею в
виду, хе-хе… Старина Прок хотел доложить о них, но я остановил его… В
любом случае, у нас появились дополнительные средства в этом месяце. Наш
рацион может немного улучшиться… Дойл ухмыльнулся и покачал головой, цокая языком. Пока не увидел Фогеля. Его тело моментально напряглось. — Ах! Вице… Вице-капитан Талон! Фогель посмотрел на него, скрывая презрение. Дойл громко закашлял, снова становясь серьёзным. — Сэр! Многие пожилые и важные гости постепенно разъехались: граф
Касо ушёл после того, как слишком много выпил, барон Гейлз и его
вдова-любовница рано вернулись домой, герцога Арунде скоро отведут
обратно в камеру, а премьер-министр Каллен спросил главу дворцовой
администрации, может ли он уйти… — Он обернулся, чтобы посмотреть на
гостей, которые становились всё более шумными. — Осталась лишь молодёжь… Маллос нахмурился при виде того как гость схватил лютню менестреля,
чтобы спеть любовную песню, признаваясь в любви молодой леди, явно
чувствующей себя неловко в этой ситуации. — После еды, выпивки, песен и танцев, разве они не устали? Прищурившись, Дойл наблюдал, как разъяренный юноша останавливает
гостя. Они обменялись резкими словами, в итоге переходя от слов к
кулакам, устраивая шоу ревности между братьями («Хватит драться!» —
сытая по горло дама), пока объект их привязанности не взмахнула платком и
успешно не разняла их («Человек, в которого я влюблена, на самом деле
твой отец!» — всё та же дама). — Всё зависит от того, с кем ты танцуешь. Фогель фыркнул. — В таком случае нам придётся готовиться к тому, чтобы провести здесь всю ночь? В ожидании, когда появится твой убийца? Гловер и Дойл посмотрели на Маллоса, но тот никак не отреагировал. — Ты должен быть благодарен, что сегодня на повестке дня Его
Величества не так много вопросов, и всё уже сделано, — недовольно
произнёс Фогель. — Капитан Адриан советует Его Величеству отложить
незначительные встречи и уехать пораньше. Теперь мы можем покончить с
этим фарсом? Маллос некоторое время молча размышлял. В его глазах вспыхнул огонёк. — Возможно, убийца всё ещё ждёт удобного момента. — Всё ещё ждёт? – Фогель презрительно произнёс: — После того как Его Величество и герцоги уйдут… Маллос поднял взгляд. — Они заберут с собой большинство сотрудников службы безопасности, оставив остальных расслабленными. Смотритель посмотрел на место принца. Там герцог Цветка Ириса и принц
Фалес вели дружескую беседу о буре, как будто вокруг никого не было. Маллос нахмурился. — Что сделает цель доступнее. Рядом с Фалесом Зайен снова поднял бокал с вином, обращая внимание на перебранку, привлёкшую большое количество зрителей. Рассерженный старый барон спорил со своим старым другом, обвиняя
последнего в том, что тот соблазнил его дочь, пренебрегая возрастом и
стыдом, а также отношениями между их семьями — он собирался выдать её
замуж за сына последнего. Зайен отвёл взгляд. — Король, вассалы, и снова король. Граф Касо недавно с гордостью
рассказал мне, что твоим наставником на Севере был Мерил Хикс. Так вот
чему он тебя научил? Услышав знакомое имя, Фалес впал в оцепенение. — Возможно, половине, — произнёс он с ностальгией. — Старый Ворон
снабдил меня множеством исторических материалов и подробностей, но я
также должен поблагодарить его за настойчивые расспросы, заставляющие
меня думать о каждом возможном и невозможном ответе. Как будто в прошлой жизни этого было недостаточно. Зайен поднял бокал в сторону Фалеса. — А как насчет второй половины? Фалес покачал головой. — Это чужой… мыслительный процесс. Зайен пребывал в замешательстве. — Три стадии, — слегка рассеянно пояснил Фалес. — Подтверждение, отрицание и отрицание отрицания. При виде озадаченного лица Зайена Фалес улыбнулся. — Или так: король, вассалы и новый король. Зайен понял, но всё равно нахмурился. — Мыслительный процесс? Чей? Фалес вздохнул. — Хейгеля. — Не слышал о таком. Кто он? Фалес покачал головой. — Ты его не знаешь. Если быть точным, то давным-давно, очень давно,
он был… — Принц на мгновение задумался и усмехнулся: — Волшебником. Зайен был ошеломлён. Волшебником? Он посмотрел на Фалеса еще более серьёзным взглядом. — Понимаю, — спокойно произнёс герцог Цветка Ириса. — Очень вдохновляет. Взгляд Зайена застыл; его мысли были непроницаемы. Фалес наблюдал, как Зайен пришёл к осознанию после долгого созерцания. Он рассмеялся и произнёс: — Знаешь, исходя из этой логики… Если у тебя есть яблоко и у меня
есть яблоко, и мы обменяемся ими, у каждого из нас по-прежнему будет
яблоко. Зайен смутился. Фалес поднял палец. — Но если у тебя есть идея, и у меня есть идея, когда мы обменяемся ими… Поняв его ход мыслей, Зайен закончил фразу Фалеса: — У нас будет две идеи? Однако Фалес покачал головой. — Нет, больше, чем две идеи. — Он рассеянно продолжил: — В таком случае у нас появится беспрецедентная третья… новая идея. Зайен долго молчал. В этот момент Фалес внезапно увидел, как король Кессель встал со своего места, и офицер Стэнли надел на него плащ. Королевские слуги приготовились уходить. При виде действий короля некоторые гости подошли, чтобы попрощаться с
ним, но король Кессель явно не желал выделяться. Он лишь небрежно
махнул рукой и исчез через боковую дверь в сопровождении королевской
гвардии. Без королевы Кейи и Джинс рядом с ним фигура Кесселя выглядела ещё более одинокой. Королевские гвардейцы вокруг него явно пребывали на грани. Фалес встревожился: если убийца собирается действовать, то это его последний шанс. Он проигнорировал пристальный взгляд Зайена и настороженно огляделся по сторонам. Однако прошла минута, и большая группа королевских слуг покинула
банкетный зал, но никто не выскочил, чтобы с оружием и криками
наброситься на короля. Фалес вздохнул с облегчением, когда последний человек из группы короля исчез. Ладно, он не ожидал, что король придёт и скажет: «Сын, я ухожу». Принц бессознательно нарушил свою идеальную позу и потянулся, но тут
же поспешно выпрямился, прежде чем кто-либо успел его поправить. Необъяснимо, но без присутствия короля Фалес чувствовал себя гораздо спокойнее, как будто с него сняли тяжёлую ношу. По-видимому, Фалес был не единственным человеком, испытывающим
подобные чувства — самым очевидным доказательством было то, что после
ухода короля музыка в банкетном зале стала громче, а толпа стала вести
себя более разнузданно. Но… Что если целью убийцы был не король? Фалес прикоснулся к столовому ножу, лежащему на столе, и перевёл взгляд на Маллоса. К счастью, гвардейцы Звёздного Озера хорошо охраняли его со всех сторон. — Его Величество просто так ушёл? — нахмурился Зайен. — Да. — Фалес обернулся. Абсурдная мысль о том, что Зайен примет удар
на себя, снова возникла у него в голове. – Но другие гости всё ещё
здесь, я думаю, что тебе пора… Однако Зайен перебил его: — Твоя вступительная речь была весьма хороша. Большинство людей
поднимают тост за бога, своё королевство, короля, кого-то ещё, свою
веру, — взгляд Зайена сосредоточился на Фалесе. Он явно не собирался
никуда уходить, — но мало кто поднимает тост за себя. Фалес нахмурился. Он почувствовал перемену в настроении Зайена. С тех пор как король ушёл, гостей, желающих подойти к герцогу
Звёздного Озера, стало больше, но все они были остановлены гвардейцами
Звёздного Озера. Причина была очевидна: Его Высочество разговаривал с
герцогом Зайеном и не хотел, чтобы его беспокоили. — Скажи мне, Фалес, — Зайен снова обратился к принцу по имени. Он
покрутил бокал в руке и тихо спросил: — Ты когда-нибудь думал… — Герцог
Цветка Ириса посмотрел на огромные колонны в зале торжественным
взглядом. — Если бы леди Серена не застала тебя врасплох и не увезла в
поместье Вайн, сделав нас врагами с самого начала… Если бы после этого
она не проникла в вашу группе, навлекая на себя гнев Королевы Ночи… Наши
отношения были бы другими? Фалес посмотрел на Зайена; его лицо помрачнело. — Что ты имеешь в виду? Герцог Цветка Ириса улыбнулся. — Джейдстар и Ковендье, Девятиконечная Звезда и Цветок Ириса, мы не
должны быть врагами. Ты и я, мы можем оставить прошлое позади и
держаться друг друга… — Зайен сосредоточился на Фалесе; его взгляд кипел
от эмоций. — И в будущем, в этом разрушающемся мире… достичь величия. Взгляд Фалеса переместился. Зайен в третий раз поднял бокал, улыбаясь своей фирменной, освежающей улыбкой. — До тех пор, пока ты готов принять мир и перестать быть моим врагом. Фалес был ошеломлён. Зайен приподнял брови и пошевелил запястьем, указывая на бокал Фалеса на столе. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. В этот момент Фалес перенёсся на несколько лет назад. В военном шатре северянина, другой, более грубый человек, точно так
же подтолкнул свой кубок с вином к тогдашнему принцу, приглашая его
выпить вместе. Фалес быстро пришёл в себя. Посмотрев на Зайена, он улыбнулся. — Оставим прошлое позади и будем держаться друг друга… Звучит
знакомо, — задумчиво произнёс принц. — Шесть лет назад, во время моего
отъезда в Экстедт, разве ты не говорил мне нечто подобное? Лицо Зайена вытянулось. При виде его выражения лица Фалес вспомнил слова герцога Факенхаза в
башне Призрачного Принца: «Ты должен быть более осторожным и бдительным.
Могущественные и влиятельные благородные сюзерены захотят превзойти
друг друга, представая перед тобой. Они захотят соблазнить только что
вернувшегося в королевство принца, сделать всё возможное, чтобы ты был
на их стороне; сделать тебя авангардом в борьбе против Дворца
Возрождения». Фалес посмотрел на Зайена и усмехнулся: — Извини, возможно, тебе следовало сказать: Джейдстар и Ковендье,
давай объединимся через брак, наши родословные переплетутся, мы будем
наступать и отступать как одно целое, и разделим трон Созвездия? В этот момент принц ясно увидел, как лицо Зайена похолодело, а дыхание участилось. Как лёгкий весенний ветерок, внезапно столкнувшийся с холодным воздухом. В стороне вернувшийся на свой пост Дойл зевнул и ткнул пальцем в простодушного защитника Ферри. — О чём говорят Его Высочество и Ковендье? Они близки? Они уже
довольно долго общаются… Скажи, Ферри, тебе не кажется, что, хотя многие
дамы пытались приблизиться к Его Высочеству, ему явно больше нравится
общество мужчин? Возможно, не ожидая, что Дойл заговорит с ним, внимательно наблюдавший за гостями Ферри на секунду замер. — Хм, кажется, да. Дойл выглядел подозрительным. — Почему ты так думаешь? — Потому что Его Высочество тоже мужчина, — без колебаний ответил Ферри. Дойл был ошеломлён. Почувствовав, что что-то не так, он обдумал эти слова, но не смог найти в них никакого изъяна. Перед Фалесом герцог Южного Побережья опустил свой бокал. — Наши прошлые конфликты были вызваны несчастными случаями и
обстоятельствами; они не были преднамеренными или личными. — Зайен
сделал два глубоких вдоха, чтобы успокоиться. – На этот раз я серьёзен.
На этот раз только ты и я. Это не имеет никакого отношения к нашим
семьям, мы не должны вовлекать их. – Герцог Цветка Ириса говорил жёстким
тоном, будто сдерживал себя. «Только ты и я, ничего общего с нашими семьями… На этот раз я серьёзен…» Фалес мысленно рассмеялся. «Этот гадкий сценарий такой живой, что происходит?»
которую использовал в качестве подставки. — Я просто наелся. Не думаю,
что смогу съесть больше. Зайен на мгновение замолчал; его взгляд заострился. — Значит, по-твоему, вассалы вроде меня виноваты? И наши эгоистичные желания являются источником хаоса в королевстве? Фалес не стал ни отрицать, ни соглашаться с его словами. Он посмотрел на герцога, изо всех сил стараясь забыть сцену в своём сознании. — Возможно. Но это не обвинение. Потому что ты тоже ничего не можешь с этим поделать. «Ничего не могу поделать» — повторил про себя Зайен. — Значит, по-твоему, поскольку всё неизбежно, между нами не может быть компромисса? Фалес посмотрел на герцога долгим взглядом. Ему вдруг вспомнилась их первая встреча. Они оба столкнулись с
убийцами, посланными Арунде — по словам Кола, это были люди Щита Теней. Если бы сейчас появился скрытый ассасин, принял бы Зайен на себя удар вместо него? Фалес выбросил из головы эту бессмысленную мысль, и на некоторое время замолчал. В итоге он покачал головой и произнёс: — Кто знает. Но надвигается кризис, который станет источником новых
требований. — Фалес выглядел слегка рассеянным. — На мой взгляд, когда
история устаёт повторяться, когда люди устают от конфликтов, когда
королевство устаёт от междоусобиц… когда придёт время, абсолютная и
верховная власть монарха снова может быть востребована, нужна и
почитаема как главный герой истории. Зайен нахмурился. — Так же, как и раньше, когда после взлёта и падения авторитарных
королей,- Фалес кивнул на Зайена и улыбнулся, — вассалы разделили,
расширили и управляли территориями, став главными героями истории. Зайен задумался. — По твоим словам выходит, что главными героями истории сначала были
короли, потом вассалы, а потом снова короли? — Он посмотрел на короля
Кесселя вдалеке, после чего снова посмотрел на принца. — Только эти
двое, больше никого? Фалес фыркнул. — Короли или вассалы, один или множество, собранные или рассеянные,
исключительные или простые, центральные или региональные, бюрократы или
оруженосцы, единое или раздельное управление, централизованная или
автономная, иерархическая или абсолютная власть — терминология столь же
разнообразна, как и её проявления, называй как хочешь. — Он пожал
плечами. — Но, как ты и сказал, монархи и вассалы являются двумя
сторонами равновесия, двумя концами пути. Зайен усмехнулся. — Похоже, история ходит по кругу. Фалес неодобрительно покачал головой. — Если тебе кажется, что она ходит по кругу… возможно, ты стоишь не в том месте и смотришь на неё не под тем углом? Зайен посмотрел на него. — Если ты стоишь на пути истории или отстаёшь от неё, тогда создаётся
впечатление, что она движется по кругу. – Забыв о сцене в своей голове,
Фалес небрежно продолжил: — Она поднимается и падает, она идёт и
возвращается, от низкого к высокому, а затем снова падает. Но если ты
посмотришь на неё в трёхмерном измерении – я хочу сказать, двигай своей
благородной задницей, поднимайся на более высокое место в истории и
смотри вниз… — Фалес замедлился: — Может быть, тогда ты поймёшь, что с
этой точки зрения, при бесчисленных переменных, среди неизвестных
деталей… история всегда двигалась вперёд, делая новый выбор. Она никогда
не ходит по кругу. Зайен нахмурился и надолго задумался. Как только Фалес вздохнул и собрался продолжить, он произнёс: — Как океанские волны? Волны, которые, если смотреть спереди, кажутся
приливами и отливами, если смотреть издалека, кажутся волнистыми, но на
самом деле непрерывно движутся вперед? Волны. Фалес опешил, но потом улыбнулся. — Неплохо. Он был готов объяснить это «спиральным восхождением», но поскольку Зайен был таким просветлённым… Фалес откинулся на спинку стула, молча посмотрев на короля и герцога на верхнем ярусе и гостей внизу. — Будь то короли или вассалы, за пределами взлётов и падений, в
истории, каждая борьба между ними, каждый раз, когда они чередуются,
каждое их столкновение может породить новые искры. — Слова Фалеса стали
более понятными: — От возвышения Древней Шовинистической Страны до
разделённого правления нескольких королей, от эпохи городов-государств
до завоевания Империи, от возвышения военачальников до Последней
Империи, от Битвы Искоренения до создания Созвездия, от ослабления
Короля Возрождения до реформ Добродетельного Короля – каждое из этих
событий являлось новым витком истории. Подумав о Старом Вороне, Фалес слегка разволновался. Зайен внимательно обдумал его слова. — История движется вперёд, как волны, а мы — маленькие лодки в
океане, большую часть времени плывущие по течению, но иногда способные
оседлать волны и разбить их? Фалес помолчал. — Маленькие лодки в океане, какой интересный образ. К сожалению, я
считаю, что эта метафора одновременно высокомерна и унизительна. Столкнувшись с этим противоречивым ответом, Зайен посмотрел на него озадаченным взглядом. Фалес обернулся и улыбнулся. — Я думаю, что мы — вода, и сами волны. — Выражение лица Фалеса было
мёртвенно-серьёзным, когда он произнёс: — Мы — сама история. Выражение лица Зайена слегка изменилось. На этот раз он отвернулся и надолго задумался. Неподалёку Маллос, весь вечер решающий какие-то вопросы, встретил вернувшегося с улицы Гловера. — Ничего? Гловер потёр покрасневшие от мороза руки, надел перчатки и покачал головой. — Ничего. Перед входом гостей тщательно обыскали; в кладовой не нашли
ничего, что могло бы послужить оружием или ядом. Каждый гость,
приближавшийся к Его Величеству и герцогам, — а это почти сто человек, —
прошёл проверку. Все они могут быть опознаны. Не было никаких
самозванцев, ничего подозрительного, по крайней мере, ничего особенно
подозрительного. Маллос выглядел всё более и более напряжённым. — За пределами зала полицейские установили блокпосты, но пока
результатов нет. Внутри зала королевские гвардейцы — как из Дворца
Возрождения, так и наши парни — в течение нескольких часов внимательно
следили за происходящим, но не смогли ничего обнаружить. Кроме того, —
Гловер заколебался, — я… слышал от одного знакомого из отряда Авангарда,
что сотрудники Секретной Разведки тоже начали действовать, ища угрозу
скрытными методами. Секретная Разведка. Глаза Маллоса вспыхнули светом. — Во всём Миндис Холле не обнаружено ни высокоэнергетических
Кристаллических Капель, ни высококонцентрированного очищенного Масла
Вечности. По крайней мере, у гостей нет ни Алхимических Шаров, ни
Мистических Пушек. В этот момент Маллос вдруг вытянул руку и схватил его за плечо! Гловер был ошеломлён. Маллос понизил голос и произнёс с серьёзным видом: — Что насчёт других индикаторов? Помехи массивов? Колебания
заклинаний? Нарушение закона? Происхождение репеллента? Возвращение к
равновесию? Следы чужеродных веществ? И все остальные признаки магии?
Что сказала Секретная Разведка? Гловер онемел от обилия странных терминов. — Магия? Мой… мой друг не говорил о ней… Маллос нахмурился. Неожиданно голос позади него ответил: — Ничего. Под их бдительными взглядами вице-капитан Фогель Талон холодно подошёл к ним сзади. — Никаких давно утраченных магических устройств… По крайней мере, это не убийство с помощью магии. Гловер озабоченно посмотрел на начальство. Маллос, по-прежнему погружённый в свои мысли, промолчал. — Ха, Паттерсон поймал нескольких взъерошенных голубков в пустых
комнатах в боковом коридоре… — Дойл зевнул. Он выглядел измученным,
подходя с другой стороны с докладом: — Стоун поймал нескольких голых
мужчин и женщин, «болтающих» в экипажах. Бастия поймал нескольких
парней, оставивших свои посты, чтобы провести время в коридоре для слуг,
и нескольких крадущих еду из кухни… Ничего серьёзного; в подвале и
каминах тоже пусто. Кроме того, двое мужчин были пойманы в ванной, в
одной кабинке, играя в «четвероногого зверя». Ты знаешь, что я имею в
виду, хе-хе… Старина Прок хотел доложить о них, но я остановил его… В
любом случае, у нас появились дополнительные средства в этом месяце. Наш
рацион может немного улучшиться… Дойл ухмыльнулся и покачал головой, цокая языком. Пока не увидел Фогеля. Его тело моментально напряглось. — Ах! Вице… Вице-капитан Талон! Фогель посмотрел на него, скрывая презрение. Дойл громко закашлял, снова становясь серьёзным. — Сэр! Многие пожилые и важные гости постепенно разъехались: граф
Касо ушёл после того, как слишком много выпил, барон Гейлз и его
вдова-любовница рано вернулись домой, герцога Арунде скоро отведут
обратно в камеру, а премьер-министр Каллен спросил главу дворцовой
администрации, может ли он уйти… — Он обернулся, чтобы посмотреть на
гостей, которые становились всё более шумными. — Осталась лишь молодёжь… Маллос нахмурился при виде того как гость схватил лютню менестреля,
чтобы спеть любовную песню, признаваясь в любви молодой леди, явно
чувствующей себя неловко в этой ситуации. — После еды, выпивки, песен и танцев, разве они не устали? Прищурившись, Дойл наблюдал, как разъяренный юноша останавливает
гостя. Они обменялись резкими словами, в итоге переходя от слов к
кулакам, устраивая шоу ревности между братьями («Хватит драться!» —
сытая по горло дама), пока объект их привязанности не взмахнула платком и
успешно не разняла их («Человек, в которого я влюблена, на самом деле
твой отец!» — всё та же дама). — Всё зависит от того, с кем ты танцуешь. Фогель фыркнул. — В таком случае нам придётся готовиться к тому, чтобы провести здесь всю ночь? В ожидании, когда появится твой убийца? Гловер и Дойл посмотрели на Маллоса, но тот никак не отреагировал. — Ты должен быть благодарен, что сегодня на повестке дня Его
Величества не так много вопросов, и всё уже сделано, — недовольно
произнёс Фогель. — Капитан Адриан советует Его Величеству отложить
незначительные встречи и уехать пораньше. Теперь мы можем покончить с
этим фарсом? Маллос некоторое время молча размышлял. В его глазах вспыхнул огонёк. — Возможно, убийца всё ещё ждёт удобного момента. — Всё ещё ждёт? – Фогель презрительно произнёс: — После того как Его Величество и герцоги уйдут… Маллос поднял взгляд. — Они заберут с собой большинство сотрудников службы безопасности, оставив остальных расслабленными. Смотритель посмотрел на место принца. Там герцог Цветка Ириса и принц
Фалес вели дружескую беседу о буре, как будто вокруг никого не было. Маллос нахмурился. — Что сделает цель доступнее. Рядом с Фалесом Зайен снова поднял бокал с вином, обращая внимание на перебранку, привлёкшую большое количество зрителей. Рассерженный старый барон спорил со своим старым другом, обвиняя
последнего в том, что тот соблазнил его дочь, пренебрегая возрастом и
стыдом, а также отношениями между их семьями — он собирался выдать её
замуж за сына последнего. Зайен отвёл взгляд. — Король, вассалы, и снова король. Граф Касо недавно с гордостью
рассказал мне, что твоим наставником на Севере был Мерил Хикс. Так вот
чему он тебя научил? Услышав знакомое имя, Фалес впал в оцепенение. — Возможно, половине, — произнёс он с ностальгией. — Старый Ворон
снабдил меня множеством исторических материалов и подробностей, но я
также должен поблагодарить его за настойчивые расспросы, заставляющие
меня думать о каждом возможном и невозможном ответе. Как будто в прошлой жизни этого было недостаточно. Зайен поднял бокал в сторону Фалеса. — А как насчет второй половины? Фалес покачал головой. — Это чужой… мыслительный процесс. Зайен пребывал в замешательстве. — Три стадии, — слегка рассеянно пояснил Фалес. — Подтверждение, отрицание и отрицание отрицания. При виде озадаченного лица Зайена Фалес улыбнулся. — Или так: король, вассалы и новый король. Зайен понял, но всё равно нахмурился. — Мыслительный процесс? Чей? Фалес вздохнул. — Хейгеля. — Не слышал о таком. Кто он? Фалес покачал головой. — Ты его не знаешь. Если быть точным, то давным-давно, очень давно,
он был… — Принц на мгновение задумался и усмехнулся: — Волшебником. Зайен был ошеломлён. Волшебником? Он посмотрел на Фалеса еще более серьёзным взглядом. — Понимаю, — спокойно произнёс герцог Цветка Ириса. — Очень вдохновляет. Взгляд Зайена застыл; его мысли были непроницаемы. Фалес наблюдал, как Зайен пришёл к осознанию после долгого созерцания. Он рассмеялся и произнёс: — Знаешь, исходя из этой логики… Если у тебя есть яблоко и у меня
есть яблоко, и мы обменяемся ими, у каждого из нас по-прежнему будет
яблоко. Зайен смутился. Фалес поднял палец. — Но если у тебя есть идея, и у меня есть идея, когда мы обменяемся ими… Поняв его ход мыслей, Зайен закончил фразу Фалеса: — У нас будет две идеи? Однако Фалес покачал головой. — Нет, больше, чем две идеи. — Он рассеянно продолжил: — В таком случае у нас появится беспрецедентная третья… новая идея. Зайен долго молчал. В этот момент Фалес внезапно увидел, как король Кессель встал со своего места, и офицер Стэнли надел на него плащ. Королевские слуги приготовились уходить. При виде действий короля некоторые гости подошли, чтобы попрощаться с
ним, но король Кессель явно не желал выделяться. Он лишь небрежно
махнул рукой и исчез через боковую дверь в сопровождении королевской
гвардии. Без королевы Кейи и Джинс рядом с ним фигура Кесселя выглядела ещё более одинокой. Королевские гвардейцы вокруг него явно пребывали на грани. Фалес встревожился: если убийца собирается действовать, то это его последний шанс. Он проигнорировал пристальный взгляд Зайена и настороженно огляделся по сторонам. Однако прошла минута, и большая группа королевских слуг покинула
банкетный зал, но никто не выскочил, чтобы с оружием и криками
наброситься на короля. Фалес вздохнул с облегчением, когда последний человек из группы короля исчез. Ладно, он не ожидал, что король придёт и скажет: «Сын, я ухожу». Принц бессознательно нарушил свою идеальную позу и потянулся, но тут
же поспешно выпрямился, прежде чем кто-либо успел его поправить. Необъяснимо, но без присутствия короля Фалес чувствовал себя гораздо спокойнее, как будто с него сняли тяжёлую ношу. По-видимому, Фалес был не единственным человеком, испытывающим
подобные чувства — самым очевидным доказательством было то, что после
ухода короля музыка в банкетном зале стала громче, а толпа стала вести
себя более разнузданно. Но… Что если целью убийцы был не король? Фалес прикоснулся к столовому ножу, лежащему на столе, и перевёл взгляд на Маллоса. К счастью, гвардейцы Звёздного Озера хорошо охраняли его со всех сторон. — Его Величество просто так ушёл? — нахмурился Зайен. — Да. — Фалес обернулся. Абсурдная мысль о том, что Зайен примет удар
на себя, снова возникла у него в голове. – Но другие гости всё ещё
здесь, я думаю, что тебе пора… Однако Зайен перебил его: — Твоя вступительная речь была весьма хороша. Большинство людей
поднимают тост за бога, своё королевство, короля, кого-то ещё, свою
веру, — взгляд Зайена сосредоточился на Фалесе. Он явно не собирался
никуда уходить, — но мало кто поднимает тост за себя. Фалес нахмурился. Он почувствовал перемену в настроении Зайена. С тех пор как король ушёл, гостей, желающих подойти к герцогу
Звёздного Озера, стало больше, но все они были остановлены гвардейцами
Звёздного Озера. Причина была очевидна: Его Высочество разговаривал с
герцогом Зайеном и не хотел, чтобы его беспокоили. — Скажи мне, Фалес, — Зайен снова обратился к принцу по имени. Он
покрутил бокал в руке и тихо спросил: — Ты когда-нибудь думал… — Герцог
Цветка Ириса посмотрел на огромные колонны в зале торжественным
взглядом. — Если бы леди Серена не застала тебя врасплох и не увезла в
поместье Вайн, сделав нас врагами с самого начала… Если бы после этого
она не проникла в вашу группе, навлекая на себя гнев Королевы Ночи… Наши
отношения были бы другими? Фалес посмотрел на Зайена; его лицо помрачнело. — Что ты имеешь в виду? Герцог Цветка Ириса улыбнулся. — Джейдстар и Ковендье, Девятиконечная Звезда и Цветок Ириса, мы не
должны быть врагами. Ты и я, мы можем оставить прошлое позади и
держаться друг друга… — Зайен сосредоточился на Фалесе; его взгляд кипел
от эмоций. — И в будущем, в этом разрушающемся мире… достичь величия. Взгляд Фалеса переместился. Зайен в третий раз поднял бокал, улыбаясь своей фирменной, освежающей улыбкой. — До тех пор, пока ты готов принять мир и перестать быть моим врагом. Фалес был ошеломлён. Зайен приподнял брови и пошевелил запястьем, указывая на бокал Фалеса на столе. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. В этот момент Фалес перенёсся на несколько лет назад. В военном шатре северянина, другой, более грубый человек, точно так
же подтолкнул свой кубок с вином к тогдашнему принцу, приглашая его
выпить вместе. Фалес быстро пришёл в себя. Посмотрев на Зайена, он улыбнулся. — Оставим прошлое позади и будем держаться друг друга… Звучит
знакомо, — задумчиво произнёс принц. — Шесть лет назад, во время моего
отъезда в Экстедт, разве ты не говорил мне нечто подобное? Лицо Зайена вытянулось. При виде его выражения лица Фалес вспомнил слова герцога Факенхаза в
башне Призрачного Принца: «Ты должен быть более осторожным и бдительным.
Могущественные и влиятельные благородные сюзерены захотят превзойти
друг друга, представая перед тобой. Они захотят соблазнить только что
вернувшегося в королевство принца, сделать всё возможное, чтобы ты был
на их стороне; сделать тебя авангардом в борьбе против Дворца
Возрождения». Фалес посмотрел на Зайена и усмехнулся: — Извини, возможно, тебе следовало сказать: Джейдстар и Ковендье,
давай объединимся через брак, наши родословные переплетутся, мы будем
наступать и отступать как одно целое, и разделим трон Созвездия? В этот момент принц ясно увидел, как лицо Зайена похолодело, а дыхание участилось. Как лёгкий весенний ветерок, внезапно столкнувшийся с холодным воздухом. В стороне вернувшийся на свой пост Дойл зевнул и ткнул пальцем в простодушного защитника Ферри. — О чём говорят Его Высочество и Ковендье? Они близки? Они уже
довольно долго общаются… Скажи, Ферри, тебе не кажется, что, хотя многие
дамы пытались приблизиться к Его Высочеству, ему явно больше нравится
общество мужчин? Возможно, не ожидая, что Дойл заговорит с ним, внимательно наблюдавший за гостями Ферри на секунду замер. — Хм, кажется, да. Дойл выглядел подозрительным. — Почему ты так думаешь? — Потому что Его Высочество тоже мужчина, — без колебаний ответил Ферри. Дойл был ошеломлён. Почувствовав, что что-то не так, он обдумал эти слова, но не смог найти в них никакого изъяна. Перед Фалесом герцог Южного Побережья опустил свой бокал. — Наши прошлые конфликты были вызваны несчастными случаями и
обстоятельствами; они не были преднамеренными или личными. — Зайен
сделал два глубоких вдоха, чтобы успокоиться. – На этот раз я серьёзен.
На этот раз только ты и я. Это не имеет никакого отношения к нашим
семьям, мы не должны вовлекать их. – Герцог Цветка Ириса говорил жёстким
тоном, будто сдерживал себя. «Только ты и я, ничего общего с нашими семьями… На этот раз я серьёзен…» Фалес мысленно рассмеялся. «Этот гадкий сценарий такой живой, что происходит?»
Обновлено: 12.01.2026