От автора:
Ещё один обделённый отрывок, события которого происходят, когда Фалес сбежал в ветвь секретного туннеля, где между ним и Путреем произошел интересный разговор.
В тихом туннеле Фалес опёрся на ящик позади себя, молча опустил голову и спрятал лицо в тень под лампой.
– Знаешь, до этого я часто… Я знаю, это было импульсивно… но я действительно спросил её, не хотела бы она поехать со мной в Созвездие.
Путрей некоторое время молчал. Через несколько секунд он слегка пожал плечами, пытаясь казаться весёлым.
– Не знаю почему, но я не думаю, что это странно. Это именно то, что может сделать такой человек, как ты, Ваше дерзкое Высочество.
Фалес фыркнул и невольно улыбнулся.
– Сочту это за комплимент.
– Действительно, это он и был, что... неловко?
________Он покинул её, обрекая на боль и страдания,
________Он оставил её одинокой в руках северян.
Сильным голосом Путрей напомнил о своих профессиональных качествах из прошлого.
________Ах, любовь, что познала печаль увядания,
________Не успев расцвести, словно сорный бурьян...
– Тебе нет нужды демонстрировать сейчас свои таланты барда, Путрей, – Фалес беззастенчиво прервал собеседника от погружения в собственный мир, чувствуя, как ослепляет свет от Лампы Вечности над головой. – И это не любовь.
Его лицо приобрело серьёзный вид.
Путрей прищурился.
– В самом деле?
Фалес спрятал смущение глубоко в сердце и почувствовал, что свет над головой становится всё ярче.
– Конечно! Кроме того, я ещё не в том возрасте. Тебе не кажется, что для этого ещё слишком рано?
Путрей издал смешок и неторопливо затянулся трубкой.
– Ты уверен? Я слышал, что первая ночь твоего отца случилась, когда ему было двенадцать...
Лицо Фалеса потемнело.
– Прекрати! – Принц отчаянно закашлялся от табачного дыма и решительно поднял руку, чтобы подать знак. – Спасибо, но я не хочу знать никаких подробностей о первой ночи моего отца...
– Хорошо. – Путрей беспомощно поднял трубку показывая, что сдаётся. – Но у тебя ничего не вышло: она всё также осталась заперта на троне в качестве женщины-эрцгерцога северян, а ты в этом туннеле, весь день паникуешь и беспокоишься о следующем шаге – как сбежать из города Драконьих Облаков, этого северного плавильного котла. У тебя не получилось.
Фалес немного помолчал.
– У меня не получилось. – Повторил принц, словно в прострации. – На самом деле, хоть отказаться от моего предложения – это её выбор, но я чувствую, что сам подтолкнул её к нему.
– Так тебе жаль? Ощущаешь чувство утраты?
Губы принца слегка зашевелились, как будто он что-то жевал. Спустя долгое время
– Нет. – Фалес нахмурился: – Я думаю, возможно, её выбор правильный. Хорошо, что я один.
Он медленно проговорил – Ты был в гробнице Джейдстар во дворце Возрождения?
Выражение лица Путрея изменилось.
– Ха, я всего лишь незначительный лорд, в последние годы я не могу пересечь даже ворота дворца, как ты думаешь, был или нет?
Фалес глубоко вздохнул.
– Они все там.
– Они?
– Да, – слегка кивнул Фалес.
Прошлое из его памяти возникло, как наяву, от чего у него перехватило дыхание.
– От короля Чёрный Глаз, Джона Первого, до Звёздного Бога Войны герцога Джона.
– Мидье, которому ты служил, старший сын короля. Его каменная урна стоит первой в ряду под Джоном. Честно говоря, это место немного удалено.
В туннеле повисла тишина.
Трубка Путрея слегка дымилась, горячий табак превратился в пепел и поднялся в воздух, а его пальцы покрылись пятнами.
– Также Меч Обратного Света. Каким бы знаменитым он ни был в Экстедте перед своей смертью, но каменная урна Горация Джейдстар тоже находится именно там, скромно стоит посреди остальных урн, и ничем не выделяется.
– Бэнкрофт и Герман. У близнецов при жизни могли быть хорошие отношения, поэтому их урны стоят рядом друг с другом.
Фалес в оцепенении смотрел на узкий туннель перед собой. Чувство удушья и угнетения, как и окружающая темнота, были точно такими же, как и тогда.
– И тётя, которую я никогда не встречал, Констанция. У неё самая маленькая урна. Наверное, это из-за её пола.
Он вздохнул.
– Потом, Лидия и Лютер, я имею в виду, мои сводные сестра и брат. – Отстранённо проговорил принц. – Все они. Прах всех этих людей просто стоит там, покрытый тьмой и тишиной. Навечно.
Казалось, что спустя долгое время даже огонь в Лампе Вечности начал мерцать, отбрасывая тени на стены туннеля.
Путрей выпустил клуб дыма, и привычным движением смахнул пепел с рук.
– Это печально.
Фалес покачал головой.
– Нет, ты не понимаешь. Я – не мой отец, я не знал тех, чей прах там оставлен, поэтому не чувствую себя таким причастным, как он. Я их никогда не видел, так что не могу говорить о какой-либо печали. – Принц застыл и неестественно прикусил губу. – Я просто, знаешь ли, более или менее, тоже Джейдстар... Когда я увидел их, увидел сколько людей с фамилией Джейдстар безмолвно покоится там, я почувствовал...
Он опустил голову и замолчал.
– Я просто…
– Я...
Путрей отвернулся и бросил взгляд в глубокий туннель.
– Я понимаю, Ваше Высочество. – Проговорил худой мужчина, сидя к нему спиной. – Я понимаю.
Фалес закрыл рот и хрипло рассмеялся.
– Итак, ты понимаешь? Думаю, это та судьба, с которой мне придётся столкнуться, Путрей... По сравнению с этим, всё, что было в городе Драконьих Облаков – это просто детские забавы.
В его голосе не было перепадов, как хруст мертвого дерева, тысячу лет опаляемого солнцем и ломающегося от прикосновения.
– Я словно утопающий, который борется за последний вздох, хватаясь за любую опору и используя всё, что есть у меня на руках, лишь бы не дать себе утонуть.
Принц замолчал.
– Так вот, Сарома... – Фалес осторожно прикоснулся к очкам в своих руках. – Решив остаться в городе Драконьих Облаков, возможно, она сделала правильный выбор. Как и держаться от меня подальше – тоже правильный выбор. Мои плечи не выдержат более тяжёлой ноши, такой как... судьба другого человека.
Путрей не ответил, а Фалес продолжал хранить молчание.
Тишина в туннеле была словно в гробу под землёй.
Казалось, на этом разговор был окончен.
До того, как…
– Откуда ты знаешь? Откуда ты знаешь, что твои плечи не выдержат, и откуда ты знаешь, какова её судьба?
Фалес удивленно поднял глаза.
– Как и сказал Старый Ворон, – Путрей устало развернулся и улыбнулся ему: – ты совершил типичную и очень серьезную ошибку ученика: проявил высокомерие не только по отношению к себе, но и по отношению к другим людям.
– В северянах меня особенно восхищает одна черта: они не задаются вопросом «смогу ли я?», а только спрашивают себя: «делать мне это или нет?». Путешественники в пустыне, не дойдя до следующего озера, никогда не оценивают сколько в нём воды, чистая она или мутная – иначе можно спутать нерешительность с осторожностью, трусость с рассудительностью.
Трусость?
– Но я...
Фалес хотел как-то оправдаться, но не нашёлся что возразить.
Через некоторое время он просто вздохнул.
– Как скажешь.
Принц отвернулся в сторону.
Но улыбка Путрея становилась всё шире и шире.
– Но я всё равно очень доволен.
Фалес поднял брови, выражая сомнение.
– Ты должен знать, Ваше Высочество. От рождения до взросления дворяне вырастают деформированы, – Бард не сдержал лёгкого вздоха. – Их с юных лет учат, как находить собственные принципы и стиль при расчёте интересов. Часто, даже если они вырастают со знанием правил и этикета знати, большинство людей не могут отличить правильное от неправильного, хорошее от плохого, чёрное от белого. Потому что в окружающем их мире есть только интересы.
Фалес нахмурился.
– Они также научились выбирать между хорошим и плохим, хорошим и лучшим, плохим и худшим, – Сказал Путрей с глубокомысленным взглядом, – потому что, когда они были очень молоды, они от всего сердца верили, что мир устроен именно так. Но проблема в том, – Мягко сказал он, – что внешний мир так не работает.
Фалес опешил.
– И из того, что ты только что мне сказал, я понял – ты не из них, не из «таких людей». И это делает меня очень счастливым.
Путрей снова закусил трубку.
Фалес был надолго ошеломлён.
Через некоторое время он неопределённо вздохнул и улыбнулся в ответ.
– Ты же знаешь, я вырос в трущобах Нижнего Городского Округа. – Сказал принц с легкой улыбкой. – В печально известном месте, куда даже караулы общественной безопасности не заходят, в месте, забытом королевством. Так что да, я не из «таких людей».
«Не только это». – мысленно добавил Фалес. – «Это не просто трущобы. Не просто попрошайничество. Больше, чем это всё».
– Трущобы... ну, тогда это может быть одна из тех немногих вещей, с которыми нам сегодня повезло. – Глаза Путрея озорно засияли.
– Почему?
Менестрель лениво улыбнулся и выдохнул дым.
– Из-за этого ты почувствуешь сострадание к тому месту, куда собираешься.
Ссылка на источник:
https://www.facebook.com/373425509694766/photos/a.373427313027919/532666860437296/
Обновлено: 12.01.2026