В прошлой жизни Ван Чэн обладал выдающимся талантом к танцам, но его нельзя было назвать феноменальным. Он был из тех, кого Бог поцеловал в макушку, но не из тех, кто стал любимчиком Судьбы.
До высшего уровня – когда сама Судьба настойчиво бегает за тобой с ложкой – ему не хватало как минимум двух ступеней.
В этом же мире, по какой-то неведомой причине, его талант стал именно таким: абсолютным. Он инстинктивно чувствовал ритм каждой клеткой тела. Ему не требовались изнурительные репетиции или долгие раздумья – стоило музыке зазвучать, как тело само подстраивалось под бит…
Впрочем, простенький танец для бойз-бэнда никак не мог раскрыть весь масштаб этого дара.
В голове один за другим проносились сложнейшие танцевальные элементы, которые он разучивал в прошлой жизни. Теперь всё это казалось до смешного легким.
Более того, те направления, к которым раньше он даже не смел подступиться из-за нехватки природных данных, теперь были ему по плечу – стоило лишь немного попрактиковаться!
На мгновение Ван Чэн, познавший холод смерти, ощутил укол азарта. В груди зашевелилось желание немедленно испытать себя и выполнить все те трюки, что прежде были недосягаемы.
Но…
Чжан Сюхуа, Чжан Ханьвэнь и остальные трейни увидели лишь, как он нахмурился, погруженный в свои мысли. «Недоволен? – …пронеслось у них в головах. – …Собой или нами?»
Ханьвэнь переглянулся с товарищами. Те в замешательстве молчали, не смея и слова вставить от охватившего их чувства вины.
Ведь по сравнению с тем ошеломляющим перформансом, что выдал Ван Чэн, их жалкие попытки, прервавшиеся на середине, выглядели просто убого.
Но почему так вышло?
Чжан Ханьвэнь смотрел на Ван Чэна во все глаза. Наконец он не выдержал и, сделав шаг вперед, взволнованно воскликнул:
— Ван Чэн, ты танцевал просто потрясающе! Как тебе это удалось? Ты тренировался втайне от нас? Я так и знал… Знал, что ты не сдашься!
«Тайком тренировался?» – эта мысль мгновенно зажгла искру надежды в глазах остальных участников и Чжан Сюхуа.
Это было единственное разумное объяснение, которое они могли принять.
Сестра Хуа, всё еще раскрасневшаяся от возбуждения, не удержалась и схватила Ван Чэна за руку:
— Ван Чэн, так ты вовсе не дрых по утрам, а уходил на дополнительную тренировку ни свет ни заря? И зачем ты скрывал это? Прости, я была слишком вспыльчива и накричала на тебя… Не принимай это близко к сердцу, я просто ошиблась!
Ван Чэн окончательно пришел в себя. Он мягко, но уверенно высвободил руку и, встретив их полные энтузиазма и раскаяния взгляды, лишь улыбнулся и покачал головой:
— Нет, капитан, сестра Хуа, я не тренировался. Встал только в восемь, а уходил на пробежку, просто чтобы расслабиться. Откуда бы я взял время на дополнительную тренировку?
Повисла тишина.
Не тренировался?
Они всматривались в его лицо, пытаясь найти хоть тень лукавства, но серьезный вид и чистый, искренний взгляд Ван Чэна не оставляли сомнений – он не лгал и не лицедействовал.
Действительно не тренировался?
Но тогда как?
— Почему же ты тогда вдруг стал так круто танцевать? — С сомнением спросил Чжан Ханьвэнь.
Ван Чэн лишь пожал плечами и беззаботно ответил:
— Наверное, на меня снизошло озарение, и я вдруг познал истинную суть танца. Танцы – это ведь просто движения, ничего сложного.
С этими словами его тело вновь плавно пришло в движение.
Даже без музыки он казался воплощением эстетики: пара простых элементов, но глаз не оторвать.
У присутствующих вновь загорелись глаза. Вот он – настоящий талант!
Ван Чэн замер на мгновение, и вдруг его суставы словно одеревенели. Руки и ноги мелко задрожали, и он, точно Робот, ритмично зашагал вперед. Каждое движение, каждое покачивание рук было выверено с пугающей точностью, будто в нем работали механические сервоприводы. Это был сложнейший паппинг, который в прошлой жизни ему никак не давался, но сейчас он исполнял его играючи.
«Может, в будущем стать профессиональным танцором?» – промелькнуло в голове.
Но он тут же отмел эту мысль: «Нет, слишком утомительно. Так и здоровье недолго угробить, а там и до болезней всяких рукой подать. Оно того не стоит».
Эта затея никак не вязалась с его планом дожить до ста лет.
Между тем Чжан Ханьвэнь и остальные пять трейни стояли как громом пораженные. Они смотрели на Ван Чэна, который двигался точно машина, словно на пришельца из космоса.
Сестра Хуа тоже не могла отвести взгляд, ловя каждое движение.
Ведь раньше им никогда не доводилось видеть ничего подобного!
В глазах каждого читалось немое восхищение.
Сделав несколько шагов, Ван Чэн остановился и расслабился. Заметив ошарашенные взгляды, он слегка нахмурился и обратился к капитану:
— Капитан, может, продолжим репетицию? Завтра ведь уже выступление…
Опомнившийся Ханьвэнь в два прыжка оказался рядом и вцепился в его плечо:
— Что это за танец? Уличные танцы? Почему я никогда такого не видел? Это безумно круто! Ван Чэн, научи меня, научи нас всех! Это же просто отпад! Если мы завтра покажем такое на сцене, проход в следующий тур нам обеспечен!
Остальные трейни тоже пришли в себя и обступили Ван Чэна плотным кольцом, наперебой выкрикивая восторги.
— Ван Чэн, ты просто монстр! Где ты научился так двигаться? Втихую на курсы ходил? Я о таком даже не слышал!
— Ван Чэн, так ты, значит, всё это время скрывал таланты, чтобы поразить всех одним махом на самом шоу? Ну ты даешь!
— Научи нас, Ван Чэн!
— Где ты подсмотрел такие движения?
Подростки лет двадцати галдели вокруг Ван Чэна, засыпая его вопросами. Никто из них никогда прежде не видел паппинга.
Ван Чэн, слушая их, быстро прикинул ситуацию: похоже, в этом мире паппинг еще не сформировался как отдельное направление. В самых популярных уличных танцах господствовала демонстрация техники на пределе возможностей и работа на публику.
Для тех, кто никогда не видел «робота», первое знакомство с ним производило эффект разорвавшейся бомбы.
Ван Чэн махнул рукой:
— Да я это сам на досуге придумал, так, пара случайных движений… Даже не знаю, как этому учить. Давайте лучше вернемся к нашей старой программе. Капитан, не теряй времени.
Обучать их паппингу с нуля было бы слишком долго и утомительно…
У Ван Чэна не было ни малейшего желания тратить время на этих детей.
Трейни притихли. Вспоминая его движения, они подумали, что те и впрямь не похожи на законченный стиль – так, походил немного странно… Но выглядело это чертовски стильно и круто!
Чжан Ханьвэнь, не унимаясь, с энтузиазмом воскликнул:
— Ван Чэн, а ты не мог бы научить нас хотя бы паре этих движений? Если мы все завтра так выйдем на сцену, это будет невероятно эффектно!
Остальные тут же подхватили:
— Точно, Ван Чэн, научи нас!
— Хватит уже в тени отсиживаться!
— Ты ведь тоже не хочешь нашего выбывания?
Чжан Сюхуа, внимательно наблюдавшая за Ван Чэном, нахмурилась и тихо произнесла:
— Ван Чэн, твои движения были великолепны. Я предлагаю тебе составить на их основе небольшую связку и вставить её в ваше выступление. Если сделаешь это, я закрою глаза на твою утреннюю выходку и не стану докладывать компании.
Трейни притихли, пораженные этим заявлением.
Это было серьезно. Каждый из них прошел строгий отбор, компания возлагала на них большие надежды и требовала абсолютной покорности.
На каждом выезде менеджер был обязан фиксировать любое нарушение дисциплины и докладывать руководству для принятия мер.
Скрывать проступки подчиненных было строжайше запрещено – за такое менеджер мог сам поплатиться карьерой. Таковы правила индустрии!
И то, что сестра Хуа решилась на такой риск ради Ван Чэна, означало, что она действительно готова поставить на карту свою работу. Все взгляды обратились к нему.
Ван Чэн на мгновение задумался, а затем посмотрел на Чжан Сюхуа и спокойно сказал:
— Сестра Хуа, свидетелями утреннего разговора были все присутствующие. Утаить это не получится.
Сюхуа осеклась, лицо её на мгновение изменилось. Она скользнула взглядом по Ханьвэню и остальным, мгновенно осознав правоту его слов.
Даже если она промолчит, разве можно поручиться за остальных шестерых? Это исключено.
Наступила тишина.
Чжан Ханьвэнь тут же выпалил:
— Ван Чэн, клянусь, я ничего не скажу!
Остальные поспешили присоединиться:
— И я клянусь! Рот на замке!
— Ван Чэн… мы же одна команда, я своих не предаю…
Глядя на то, как они наперебой раздают обещания, Ван Чэн лишь усмехнулся. Ему было всё равно, искренни они или нет.
— Ладно, ребята, не надо клятв. Мне плевать, узнает компания или нет, можете докладывать хоть сейчас. Сестра Хуа, я могу составить связку и добавить её в танец. Но у меня есть условие…
Сюхуа нахмурилась еще сильнее. Какой-то безвестный трейни ставит условия менеджеру?
Вчера она бы просто развернулась и ушла, напоследок влепив ему строгий выговор.
Но сегодня…
— Слушаю тебя, — процедила она сквозь зубы.
Ван Чэн заговорил серьезно и веско:
— Всё просто. Я не хочу, чтобы мой распорядок дня нарушался.
— Какой еще распорядок? — Угрюмо спросила Сюхуа.
Остальные тоже недоуменно переглянулись – о чем это он?
Ван Чэн достал телефон и показал экран менеджеру:
— Тот самый, что я показывал вам утром…
Чжан Сюхуа вновь увидела страницу с будильниками…
Цифры на экране сияли отчетливо и даже как-то издевательски. В голове эхом отозвались утренние слова Ван Чэна.
Работа с девяти до пяти!
Восьмичасовая смена.
Обязательный дневной сон…
В десять вечера – в постель.
Восьмичасовой сон ночью.
И в придачу – двухдневный выходной!
Фф-фух…
Сюхуа почувствовала, что давление снова ползет вверх.
Да такие условия! Даже если бы к ней пришел сам владелец компании, он бы не рискнул пообещать такое.
С таким графиком как компания будет продвигать тебя в шоу? Как на тебе деньги зарабатывать?
— Это невозможно! — Выдохнула она, стиснув зубы.
Ван Чэн убрал телефон в карман и снова непринужденно пожал плечами:
— Что ж, тогда я ничем не могу помочь. И знаете, сестра Хуа… Даже если вы не согласитесь, я всё равно буду придерживаться этого режима.
Это была цель его жизни, и никто не мог ему помешать. Но если бы Чжан Сюхуа дала официальное согласие, это избавило бы его от лишней суеты. В конце концов, она его менеджер и представляет интересы агентства.
Чжан Ханьвэнь, глядя на него, не выдержал и задал тот самый «главный» вопрос:
— Ван Чэн, неужели ты не хочешь завтра пройти в следующий тур? Не хочешь дебютировать и стать звездой? Тебе не нужны миллионы фанатов и огромные деньги?
Ван Чэн подошел к кулеру в углу зала, налил себе кипятка в бумажный стаканчик и стал ждать, пока вода остынет. Обернувшись к Ханьвэню, он слегка качнул головой и ответил:
— Нет, не хочу.
Ему хотелось добавить: «Ты слишком наивен». Неужели Ханьвэнь думал, что при контракте «девять к одному» (в пользу компании) большие деньги имеют к нему какое-то отношение?
Да даже если у Ханьвэня был контракт «два к восьми», всё равно львиная доля прибыли проходила мимо него.
— Но почему?! — Ханьвэнь буквально кипел от ярости.
Ван Чэну было всё равно. Он понимал жажду славы капитана – сам когда-то через это прошел – но менять свои цели ради чужих амбиций не собирался.
— Да просто так, без причин. Капитан, я просто пришел на работу. Мы будем репетировать или нет? Не тратьте мое рабочее время, мне скоро уходить.
«Просто пришел на работу…»?
В тренировочном зале воцарилась тишина, все взгляды были прикованы к Ван Чэну. В глазах каждого читалось изумление. Пойти в трейни не ради славы и обожания миллионов, а просто… на работу?
Да с таким настроем шел бы в грузчики или курьеры!
Ханьвэнь покраснел от гнева. Чжан Сюхуа тоже была в ярости, она сжала кулаки и, не сводя глаз с Ван Чэна, выговорила:
— Ван Чэн… Если ты вытянешь команду и обеспечишь нам проход в следующий тур… я согласна на твои условия.
Видя его пофигизм, Сюхуа поняла, что у неё нет выбора. Придется рискнуть и посмотреть, на что он способен. К тому же она видела: согласится она или нет, Ван Чэн всё равно будет гнуть свою линию.
Она ничего не могла поделать с тем, кто уже решил «забить» на всё.
В глазах Ван Чэна мелькнул интерес:
— Проход в следующий тур?
Сюхуа кивнула:
— Да. Проход. Если справитесь, я приму твои условия. Если же вылетите – по возвращении в компанию тобой сразу займется руководство. Ближайшие два года ты не получишь ни единого шанса, так и знай…
Она понимала, что угроза заморозки его вряд ли пугает, но других рычагов давления у неё не осталось.
Чжан Ханьвэнь молча сверлил Ван Чэна взглядом. В его глазах бушевал вихрь эмоций: гнев, надежда, сомнение… Остальные трейни, привыкшие к окрикам менеджера, и вовсе боялись дышать.
Ван Чэн помолчал секунду, а затем спокойно произнес:
— Думаю, это не проблема. Капитан, парни, по коням.
Он хлопнул в ладоши и скомандовал:
— Все ко мне! Включайте музыку и следите за моими движениями.
В следующую секунду он полностью погрузился в процесс. Все даже не сразу среагировали.
Ханьвэнь и пятеро парней на инстинктах подошли к нему. Они со странным чувством смотрели на Ван Чэна, который мгновенно вошел в рабочий ритм, и на миг засомневались – а не привиделось ли им всё то, что только что произошло?
Впрочем, Ван Чэн быстро заставил их сосредоточиться.
Чжан Сюхуа, выглядевшая не лучшим образом, убедилась, что работа пошла, и, решив, что этот парень просто сумасшедший, развернулась и зашагала к своей комнате отдыха.
А неподалеку чья-то тень метнулась от двери и быстро побежала к соседнему залу.
Там репетировала команда трейни из другого агентства. Заскочив внутрь, парень захлопнул дверь и возбужденно закричал:
— Ребята, новости! Шикарные новости! Ха-ха-ха! У этих из «Дунсин», у Ханьвэня и компании, внутренняя грызня! Они там так собачились, чуть до драки не дошло. Менеджер их ушла чернее тучи. Всё, им крышка… Одним конкурентом меньше!
Обновлено: 20.02.2026