Глава 46 — Глава 45: Наблюдатель III

Риамон уставился на дрожащую кисть руки, когда по его лицу выступил холодный пот. "Меч, покрытый аурой, переломился пополам…?" Не ослабь он хватку в последний момент, запястье бы раздробило. С такой силой даже скользящий удар отсекал конечности. Осознание смертельной угрозы обострило восприятие, от чего Риамон отпрыгнул назад, разрывая дистанцию. ~Ш-ш-ш-ш!— Наблюдатель наполнил пасть сизым пламенем. — Черт, огненное дыхание… Уйти от атаки по площади невозможно. Теперь двуручный меч был размером с пол руки и совершенно не подходил для защиты от пламени. Пока Риамон лихорадочно искал выход из ситуации, голова существа окуталась голубоватым пламенем. ~Вжжж!— Наблюдатель забился в безумии, пытаясь потушить огонь. Риамон в замешательстве расширил глаза. — Что за… Ответ пришёл мгновенно. Херсель, до этого сидевший поодаль, нацелил ладонь в сторону противника. — Пламя беру на себя. Остальное — твоя забота. Риамон сглотнул и уставился на него. "Кто он такой?..." Сначала — игра с водяными струями. Потом — удар Наблюдателя, сломавший меч, но не оставивший на нем и царапины. Многое оставалось загадкой, но одно было ясно. "Он силён. Я даже не могу оценить уровень его ауры... что ему мешало убить его сразу?" Как ни крути, он должен был справиться в одиночку. В тот миг Херсель метнул длинный меч, и Риамон поймал его, удивленный. — Держи. — ... Глаза Риамона расширились от шока. Херсель жевал вяленое мясо, неторопливо наблюдая за происходящим с видом, будто он зритель в театре. "Так вот оно что… теперь я начинаю понимать." Для Херселя это было развлечением. Прежние действия напоминали игру сытого кота с мышью перед трапезой. Теперь стало понятно, откуда у команды 7 столько монет. …кто тут кому помогает? Риамон подумал, что Лимбертон был глупцом, отдав все свои монеты ему. *** Меня слегка штормило. Риамон ринулся на Наблюдателя, забыв о своей главной особенности, уникальной черте… и каков результат? Сломанный меч и взгляд, полный немого требования: «Одолжи оружие». — Держи. Скепсис остался, но я кинул ему меч. Раз умеет насыщать меч аурой, на этот раз он должен справится. — ... Когда пальцы Риамона сомкнулись на рукояти меча, я устроился поудобнее, жуя мясо словно попкорн. Внезапно он закивал сам себе, с закруглёнными глазами. Я не понимал, о чём он думал, но размышлять было некогда. Наблюдатель погасил пламя на своей голове, и теперь его ледяные глаза наблюдали за мной, пылая синевой. Несмотря на то, что его двуручный меч, предназначенный для блокирования атаки дыханием, был непригоден для использования, с моей небольшой помощью справиться с Наблюдателем будет… …будет несложно, верно? ~Шу-у-ух!— Существо поползло к Риамону. Тот поднял длинный меч наизготовку. ~Свист!— Хвост рассёк воздух. Риамон увернулся, подпрыгнув, и слегка коснулся хвоста длинным мечом, когда тот пролетал мимо. Наблюдатель в ответ взмахнул острыми когтями. Риамон снова взмыл вверх, застыв горизонтально, словно прыгун с шестом. ~Стук!— Он проскользнул меж рёбер Наблюдателя, словно дельфин сквозь обруч. Сочетание навыков — «Баланс Ласточки» и «Гуттаперчевость» — давало ему абсолютный контроль в полёте и гибкость моллюска. С такими особенностями Риамон уворачивался от любых атак, кроме атак по площади. ~Щёлк— Клинок снова звонко стукнул по костям. Когда Наблюдатель начал готовить дыхание, я поджёг его голову заклинанием облегчения. ~Вжжж!— Это был идеальный момент для Риамона, чтобы достичь требуемых условий. Риамон бил мечом по скелету всё быстрее, пока не прозвучал девятый удар. Теперь его клинок светился благословением «Павшего Мечника-Отшельника», гарантирующим критическим ударом на десятом взмахе. Пока аура вихрем обвивала сталь, я отряхнулся и встал. Намечался финал. Наблюдатель занёс лапу, чтобы раздавить Риамона. Тот, ловко петляя, вонзил меч между его рёбер. ~Хлюп!— Клинок пронзил чёрное сердце, взорвавшись брызгами мутной жидкости. ~Грохот— Существо рухнуло. Риамон выбрался из под костей, стряхивая с себя вязкую слизь. Я ждал на полуразрушенном мосту, соединённого веревками и бросил приближающемуся Риамону. — Неси меня. — …что? — Ждёшь, что я сам перейду? Тебе заплатили — считай это частью работы. Он посмотрел сначала на верёвку, потом на меня, а затем усмехнулся, будто что-то понял, и присел. — Хочешь выглядеть обычным человеком, да? — Обычным? — Решил встать на один уровень со смертными ради забавы? Ну... он не ошибался. Если бы я смог опуститься до обычного человека, то стал бы полноценным частью общества. Это действительно было бы весело и приятно. Но уместно ли обсуждать это сейчас? С непроницаемым видом я кивнул. — Допустим. Риамон, держа меня на спине, ступил на канат. На полпути он задал еще один странный вопрос. — Каково наблюдать за всем с высоты? Просто тёмная бездна. Это был еще один странный вопрос, учитывая, что мы пересекали путь вместе. Всё же я ответил, вцепившись в его плечи. — Голова кружится. Пока не спустишься — ничего не разглядеть. Он замедлил шаг, слегка повернув голову. — Должно быть, находится одному на такой высоте было скучно. Теперь понимаю, что тебе хотелось посмотреть, что там внизу. Что за чушь. Кому захочется туда спускаться? Он планирует сбросить меня? Я зажёг «Огонь Благородной крови» и холодно предупредила. — Не строй догадок, если жизнь дорога... Если упаду, то потяну тебя за собой. Он вздрогнул и ответил слегка взволнованным тоном. — Кхм… понял. Будешь жить в академии так, как того пожелаешь. — Вот именно. После этого он замолчал, и мы пересекли разрушенный мост без дальнейших происшествий, добравшись до выхода. Я прищурился, глядя на Лимбертона, который махал мне издалека. — Херсель! Когда я подошёл к нему, я расслабился и перестал хмуриться. Хоть он и потратил монеты, которые должен был стеречь, но спас мне жизнь. Какая никакая заслуга. — Ну что, нашёл выход номер 7? — Ещё бы! — Лимбертон ткнул пальцем в другую сторону, и сказал Риамону. — А 44 — вон там. Можешь идти. — …Лимбертон, ты идиот. — Чего опять цепляешься? Риамон что-то пробормотал и пополз к выходу 44. Я вставил ключ в скважину выхода номер 7. Прозвучал щелчок, и она открылась. Перед нами расстилалась заснеженная пустошь. В конце её находилась великолепная белая цитадель Ледяного Сердца, шпили которого впивались в свинцовое небо. На широких ступенях, словно вороны на обрыве, замерли профессора в чёрных мантиях. Их взгляды, холодные как февральский ветер, скользили по тем, кто прошёл третий экзамен. Нас осталось около полутора сотен. Опаздывающих не ждали — башенные часы вот-вот пробьют полночь, и колокол возвестит конец. ~Бдзынь!— Рокфеллер, словно жрец, возглашающий приговор, развернул пергамент. — Третий экзамен завершен. Монеты подсчитаны. Его палец скользнул по списку. — Команда 44. Единственный выживший — Риамон сел Ребектура. Первое место. Внезапно меня охватило беспокойство. Если он сбежал примерно в то же время, что и мы, значит, он набрал кучу очков с помощью монет... Я резко повернулся к Лимбертону. — Ты же не отдал ему все монеты?.. — Ну... отдал? ...идиот. Безнадёжный идиот. — Жизнь дороже монет. Не дуйся. Верно, но отдать ВСЁ?! Представив голодные будни в обшарпанной мантии, я едва не заскрипел зубами. Больше всего меня раздражало то, что он сделал это, чтобы спасти мне жизнь, и у меня не было причин злиться. Рокфеллер тем временем продолжал, пока я внутренне сокрушался. — Топ-10 команд заселятся в Адель-Холл. — ...команда 39. Следующие тридцать — в Бюргер-Холл... Нас, команду 7, не назвали. — Остальные... — Рокфеллер ткнул тростью в сторону зловещего строения за стенами. — Шлафен-Холл ждёт вас. Худшее из общежитий. Проседающие полы, призрачные огни в окнах, десятки самоубийств за последний век. Рокфеллер посмотрел на меня с кривой улыбкой. — Последнее место — команда 7. Поздравляю вас. Если подумать, мой гнев должен быть направлен на него. Я впился ногтями в ладони, не отрываясь от ухмыляющегося лица Рокфеллера. Тот фыркнул и отвернулся. Профессора начали уводить студентов в цитадель. — Церемония посвящения начнётся в зале. Следуйте за нами. Когда студенты разошлись, Лимбертон спросил с побледневшим лицом. — Мы в заднице. В Шлафен-Холл с ума сходят за неделю. Я встряхнул головой, выпрямив спину. — Всё в порядке, Лимбертон. Неважно, что нас будет ждать впереди, но мы обязательно пробьёмся в Адель-Холл. Не смотря ни на что. Я поклялся, что это произойдет, и вошел в цитадель, чувствуя на себе взгляды. У входа толпились выжившие после второго экзамена, среди них пятеро «по блату» в обледеневших от крови рубахах. — За мной. Профессор привёл нас в зал на три сотни человек. На возвышении стоял старик с шрамом через глаз. Его губы дрогнули в усмешке. — В этом году появилось много талантливых новичков. Сейчас заговорит сам директор Ледяного Сердца, он же Мастер Ледяного Клинка. И мы узнаем, зачем нас сюда привели — и во что превратят.