Весь зал жаждет его крови — а он лишь усмехается в лицо палачам в мантиях. Богатеи с передних рядов заключают пари, кому он достанется за решёткой, а продажный судья с гнильцой в ухмылке уже предвкушает расправу. Но страх — не его язык: он бьёт словом в ответ, загоняя самого Верховного Судью в неловкий угол на глазах у всего зала. Приговор ещё не зачитан, а власть уже дала трещину. Кто здесь на самом деле подсудимый?
