Хан Ирим

Императорская принцесса Каена была известна как красивейшая женщина во всей империи. Она была женщиной, которая не знала ничего, кроме зла и роскоши. Однако ей было суждено погибнуть — младший брат использовал её как шахматную фигуру, чтобы закрепить за собой трон, а убил её собственный сумасшедший муж. — Я сделаю тебя императором. — ...Сестра, ты имеешь в виду меня? — Взамен, подари мне свободу. Она должна была что-то изменить, прежде чем стать той самой Каеной.

Навия Агнес была приемным ребенком, её взяли в семью чтобы выдать замуж за наследного принца вместо больной дочери герцога. Она привязалась к этой своей семье, она старалась и делала все возможное, чтобы понравится им, но... в тот момент, когда Вивиан, родная дочь герцога, излечилась, новая семья просто выбросила её как ненужную вещь. — Сколько еще я должна пытаться быть с вами одной семьей?! Навия сняла окровавленные перчатки. В следующее мгновение на её запястье появился еле заметный символ, цифра 1 Посмотрев на неё, она спокойно сказала: — А теперь я перестану играть в семейные игры. В этот момент номер на запястье изменился на.... 0 Вот так, её жизнь началась снова. Сможет ли она отомстить герцогу и найти новую семью?

Однажды я – бедная студентка колледжа, проснулась принцессой Розалией Канеп из романа "Пластика эмоций". И между прочим, она была дочерью бедной дворянской семьи, которая растратила свое богатство под руководством ее брата. Чтобы заработать целое состояние, она использует содержание романа, чтобы приблизиться к Аноху, наследному принцу, который потерял часть своей души от проклятия ведьмы. — Ваше Высочество, я - специалист по эмоциям, – сказала она. И вот, он начал задаваться вопросом, может ли она помочь ему. — Ну же, вложи в это чувства! Эмоции! — Розалия поцеловала Аноха в губы. Побочный персонаж отклоняется от первоначального сюжета?!

Кровь — не единственное, что делает семью. Чужие друг другу люди, у каждого своя боль и свои секреты, оказываются под одной крышей — и внезапно должны решить, готовы ли впустить кого-то настолько близко. Здесь нет готовых сценариев: только неловкие первые шаги, срывы, что чуть не рушат всё, и редкие моменты тепла, ради которых стоит рискнуть довериться заново. Получится ли у людей, не связанных кровью, построить то, что не разлетится при первой же буре?